И вечный поиск… стр. 161
засыпает вулканический пепел. Поэтому после извержений вулканов часты катастрофические наводнения…
Заставить снег и лед таять проще, чем научиться управлять таянием. Если процесс выйдет из-под контроля, неминуема беда — даже совсем небольшая горная речка становится грозным разрушителем.
Вся жизнь наших среднеазиатских рек зависит от воды, которую хранят ледники Тянь-Шаня и Памира. Запасенная впрок, скованная морозом, она очень нужна в знойных долинах, где земля просит пить. Значит, нужно вмешаться людям, дать полям в долинах ледниковую воду. Наука наших дней находится на подступах к решению этой большой народнохозяйственной задачи.
Конечно, ускорять таяние льдов следует лишь в засушливые годы. Ледяная кладовая не должна истощаться.
О путешествии наших ученых на оледенелую Крышу Мира — Памир — интересно рассказал спецкорреспондент «Известий» В. Сурков: «Наш вертолет летит над причудливым хаотическим нагромождением скальных гор, покрытых льдами и вечными снегами. Серебристые пики поблескивают на солнце, как исполинские кристаллы невиданных форм и величин. Зримая волшебная сказка, созданная природой. Вот она, знаменитая Крыша Мира с высочайшими в СССР горными вершинами. Кругом ледники, ледники. Их на советском Памире более четырех тысяч. По площади они занимают около десяти тысяч квадратных километров льда! Гигантский аккумулятор влаги, которой питаются все республики Средней Азии.
Отсвечивая холодным блеском, ледники проплывают под нами. По их крутым склонам метут метели. Поблизости в голубые пропасти вползают огромные снежные лавины. Не видно вокруг живой души. Если бы на неповторимую памирскую панораму взглянули жители других планет, они наверняка бы решили, что Земля наша необитаема: трудно даже представить жизнь в этом царстве вечной мерзлоты, в каменной и ледяной пустыне».
Один из крупнейших ледников на Памире (в нашей стране он самый большой) носит имя русского географа Алексея Павловича Федченко. Этот увлеченный человек прожил короткую жизнь, всего 29 лет, но успел немало совершить. Вместе со своей женой он путешествовал по Средней Азии, открыл высочайшую гору Заалайского хребта (7134 метра), которая носит теперь имя Ленина.
Ледник Федченко протянулся на 77 километров, а толщина его льдов достигает восьмисот метров. Общая площадь оледенения — 900 квадратных километров. Отсюда берут начало многие среднеазиатские реки.
В 1932 году здесь начала работать самая высокогорная в мире гидрометеорологическая лаборатория. На высоте четырех километров над уровнем моря к каменной скале прилепился домик. В нем живут научные работники. Они несут круглосуточную вахту, передают сведения о погоде и, главное, следят за ледником.
Изрезанный множеством трещин, он сползает по широкой горной долине; не торопясь, продвигается на два с половиной — три метра в сутки.
Лед постепенно тает, а на него падает снег, и люди, живущие в поднебесье, ведут аккуратный счет прихода и расхода влаги в леднике.
Обычная, будничная работа. Но далеко не безопасная. Однажды утром начальник станции Виктор Тарасенко ушел на другой берег ледника, чтобы записать показания приборов. Когда он возвращался, налетел буран. Ураганный ветер сбивает здесь человека с ног, может сбросить его со скалы, либо в снежную трещину.
С трудом преодолевая каждый десяток метров, Виктор шел к станции. Не хватало дыхания. Опустившись на колени, он попытался растереть щеки колючим снегом. Стало еще труднее дышать. Надо передохнуть.
…Он лежал на боку, спрятав лицо от ледяного воющего ветра, и не мог встать…
Только через три часа выбрался