Я побит - начну сначала! стр. 323
возраста (16—17 лет)? То республиканское кино — это уже два объединения, а точнее, двадцать фильмов на разных студиях страны. И это минимум в этом смысле.
Возьмем жанры. Основных дефицитных жанров детского кино, необходимых до слез, — всего шесть: сказка, фильмы о животных, приключенческие, исторические + ЖЗЛ, кинокомедии. Если даже по два жанровых фильма, то их уже двенадцать всего. А ведь нужно не три-четыре: 18 или 24 в год.
А если плюс к двадцати необходимых республиканских и 12—24 жанровых прибавить и «Пацаны», и «Сто дней после детства», и «Звонят, откройте дверь», и «Чучело», и «Танго моего детства», то еще минимум пятнадцать.
Много?
А что делать, если 83 процента зрителей — люди до 21 года? Если 35—40 процентов зрителей — дети и подростки, если на эти фильмы более чем часто ходит с удовольствием и взрослый зритель?
И это все только художественное кино! А все прочие жанры? Документальное, научное, телевизионное, мультипликация?
(«Ишь ты, гусь! Дать им одно-два объединения, и дело с концом!»)
«Детское кино — неотъемлемая часть! Выделим его, и оно станет сюсюкающим».Вот уже, поистине, спасите от защитников! 70 лет детское кино выделено не было, а сюсюкающий кинематограф не только был, но и победил в целом по количеству. Есть уже знаменитые эталоны сюсюканья в детском кино, сюсюканье по типу студии им. Горького или студии им. Довженко. (А отделения «неотъемлемой части» не было.)
Именно неотделенная «неотделимая часть» художественного кинематографа погибла в «общем котле» кинематографа в целом. Погибла, как малая кинематография внутри большой. (Как бельгийская внутри французской, как английская внутри американской.) По причине этой самой «неотъемлемости» закрыли в 71-м году «Юность» на «Ленфильме», по причине этой же «совместимости» детское кино уничтожили и на студии имени Горького (Центральной студии детских и юношеских фильмов).
По причине все той же «заботы» международный фестиваль детских фильмов 30 лет был на задворках взрослого фестиваля и проводился в июне, когда никаких детей в Москве нет, а на всесоюзных фестивалях давалась одна премия за детский фильм на все жанры и виды, что-то вроде утешительного заезда, без возможности даже подумать о том, что детское кино может соревноваться со своим «неотъемлемым» взрослым.
Вот оно сегодня и без престижа, без кадров, без базы, без своей общественной организации, даже без отдела в Госкино СССР. Нет ни государственной, ни общественной организации, которая отвечала бы перед ним и перед обществом. А у него свои законы, свое производство, свои финансы и свой прокат. И законы свои: у взрослого кино рынок потенциально 280 млн, а у детского — 45 млн школьников.
Вот барин и брюзжит: «Дайте им одно-два объединения на всю страну, и дело с концом! И никаких отделений, а то погибнут без мил-барина, умрут, все, как есть иссюсюкаться!»
Детскому кино необходима Ассоциация заинтересованных и компетентных лиц, нужна финансовая и производственная автономия, развитие детского кино на всех киностудиях страны, ибо ветвь детского кино развивается от «общего ствола». Но существованию детского кино подходит не линейная, а матричная структура, не подчинение «своей неотъемлемой части» линии субординации, где все сверху по линейной связи взрослого кино, а внизу (в одном-двух объединениях) детское, а матричная, где важна и неразрывна связь и самостоятельность и автономность