Библиотека

Я тебя не помню стр. 127

Размер шрифта
-
+
Тема

смогла удержаться от подобного соблазна. Вдруг у нас все получится, а мы будем самой счастливой семьей на свете?

43

Максим

Я подошел к детской кроватке и погладил Лиду по щечке. Она спала и была похожа на ангела в это мгновение. Это было неправильно сравнивать ее с Диной, но я постоянно это делал. Они и в самом деле были очень похожи. Особенно цветом глаз.

— Как она сегодня? — я присел рядом с Валентиной Петровной, а старушка внезапно прижалась ко мне и крепко обняла, словно много лет провела в одиночестве, а теперь ей вдруг повстречался на пути живой человек.

Ее плечи задрожали, а по лицу потекли слезы. Я испытал странное чувство. Пока сидел в тюрьме, поддержки ни от кого ждать не приходилось. Матери Хованской, думаю, было знакомо это чувство, если столько времени она получала отказы в помощи. Так растрогалась, что я и Наташа каждый день их навещали?

— Вам удобно спать на этом диване? Может быть, мой водитель будет отвозить вас в отель, а на ночь с Лидой будем оставаться я или моя сестра?

— Ох, Максим, — улыбнулась старушка, вытирая слезы с щек. — Никуда я не поеду. Последние пять лет это дитя смысл моей жизни, отдушина и самая большая боль. Дочь моя отказалась от нее, а я, когда узнала об этом, пришла к ребенку в больницу. Лидочка лежит в кроватке маленькая, больная, никому не нужная — ее поместили в инфекционное отделение вместе с другими детьми, которых изъяли из неблагополучных семей. Я думала, что век свой плохо доживаю, дочери не нужна, а попала в ад, где мал мала меньше. Дети плачут, тепла материнского хотят, а медсестры не разрешают чужих брать на руки и общаться с ними, чтобы не привыкали… А ведь я немало в той больнице времени провела. Думала привыкну, медсестры же смогли. Но нет. К такому привыкнуть невозможно, — она тяжело вздохнула. — И Ирка моя сейчас снова беременна. Мне уже заранее жаль этого ребенка, потому что он будет ей не нужен, как и Лида. Я же не потяну еще одного… А если помру? Больно мне за все это, Максим. Слов нет, как больно. Ведь я такой бездушной, как она, никогда не была, пылинки с нее всю жизнь сдувала. Думала, что хорошим человеком воспитываю, а вот как все получилось. Ради выплат дети ей нужны, а про мать она и вовсе не помнит.

Я прекрасно понимал все, о чем она говорила. И мне по-человечески было ее жаль, но еще больше Лиду. Мой ребенок нуждался в родительской заботе и любви, а ничего этого у него не было, кроме надежного плеча старой бабушки, которой самой требовался уход.

— Ты скажи мне, что ты сюда ходишь? Честно скажи, Максим, — попросила она. — Ты отец Лиды? Совесть у тебя проснулась спустя столько времени? Я же не буду осуждать, но мне важно знать правду. Знаешь, оно в мире много зла, а ты, если здесь и пытаешься ей помочь, то…

— Я не знаю, что вам сказать, — перебил старушку. — Но интуиция вас не обманывает. Не просто так появился в жизни Лиды.

— Правду мне скажи. Это самое правильное будет.

Я планировал рассказать Валентине Петровне обо всем при других

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.