Библиотека

Я – телохранитель стр. 57

Размер шрифта
-
+
Тема

чему, – ответил Анатолий.

Значит, не совпадение. Вознесенский вздохнул.

– Очень неприятно всегда бывает обнаружить, что о тебе кто-то знает больше, чем тебе самому этого бы хотелось, – признался он.

– Зачем вы даете Роману наркотики?

– Ничего я ему не даю, – вяло отмахнулся доктор.

– Сейчас я приглашу сюда своего напарника, – посуровел Китайгородцев, – и мы с ним перевернем вверх дном вашу комнату. И я уверен, что наркотики мы найдем.

Вознесенский посмотрел на него долгим, лишенным дружелюбия взглядом.

– Чего вы от меня хотите?

– Хочу все-таки услышать ответ на вопрос: зачем вы даете Роману наркотики?

– Его надо каким-то образом удерживать в рамках.

– С помощью наркотиков?

– В определенном смысле – да. С ним надо – где таской, а где и лаской. Это – как в цирке с хищниками. Провинился – тут же получает по спине бичом. Проявил послушание – получи угощение. Все на уровне рефлексов.

«Рефлексы. Как у собаки Павлова», – Китайгородцев помнил, что говорила ему Рита об отношениях Романа и доктора.

– Господин Тапаев одобряет вашу концепцию лечения? – спросил телохранитель.

Ответ он знал заранее – и все-таки задал вопрос. Это такая тактика в разговоре – дожимать собеседника. Пока он не будет окончательно сломлен психологически.

– Если я скажу, что – да? – не очень уверенно произнес Вознесенский.

– То вы соврете, – дружелюбно подсказал ему Анатолий.

Его собеседник смешался. «Быстро же он спекся, ничего не скажешь», – хмыкнул про себя Анатолий и произнес:

– Я неспроста напомнил вам о той истории с девушкой-убийцей. Это я сделал в своих шкурных интересах. Чтобы спать спокойно и всегда быть уверенным, что твоему подопечному его собственный отпрыск не причинит ни малейшего вреда. Вы понимаете?

– Но я-то тут при чем? – поморщился доктор.

– А ведь вы по тому делу проходили, кажется? – будто только теперь вспомнилось Китайгородцеву.

– Свидетелем!

– А могли бы и не свидетелем… Да?

– Черт побери!

– Зачем вы сюда приехали? – быстро спросил Анатолий.

У него был такой вид, будто он сейчас бросится на собеседника с кулаками. Вознесенский дрогнул.

– Ваша логика мне понятна, – пробормотал он. – Но мне не нужны проблемы, поймите! Я примчался сюда только затем, чтобы не случилась беда. Я был в Москве, Роман жил здесь. Недавно в телефонном разговоре он сказал, что убьет своего отца.

– За что?

– Обида. Вы поймите, у наркоманов формируется определенный тип психики. Деформированной психики. Им хочется наркотика, а кто-то препятствует им, стоит на пути к дозе – значит, это враг.

– Тапаев стоит на пути к дозе?

– Да. Он лишил сына легкого доступа к наркотикам. Запер в этом поместье, как в тюрьме.

– Но вы в курсе, что еще до вашего приезда Роману кто-то передавал наркотики?

«Секундное замешательство… Знал!»

– Кто этот человек?

– Я не знаю.

– Кто?!

Вознесенский даже вздрогнул:

– Один из охранников.

– Имя!

– Зовут Саша. Фамилию я не знаю!

– Хорошо, разберемся. Дальше!

– Дальше – что?

– Мы говорили с вами о том, что тот, кто стоит на пути наркомана к дозе наркотика – это враг.

– Да. Так вот, у Романа совершенно разладились отношения с отцом. А тот еще собрался уезжать…

– Вы знаете о его отъезде?

– Мне Роман сказал: И тут на все это наложилась сыновняя обида. Роман остается дома. Он почувствовал себя обойденный, никому не нужным – и опять

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.