Я – телохранитель стр. 68
я могу ругаться. Но я же себе не позволяю!
– Брось, не обижайся на него, – посоветовал Китайгородцев.
– Я уйду от него.
– Вот и правильно.
– Нет, ты сам посуди! Мне от него никакой особенной благодарности не надо, конечно. Но я ему все-таки не чужой человек!
– Это ты про тот случай, когда тебе предлагали устроить Тапаеву веселую жизнь?
– Именно! Я ему, можно сказать, жизнь спас. А он теперь на меня – матом.
– Может, он расстроился?
– Из-за Сереги? Это – вряд ли. Что ему Серега?
– Из-за сына.
– А, из-за прибабаханного этого? Да запрос то, Толик. Тут у кого хочешь крыша поедет. Расстроился
он, ясное дело… Слушай, я вчера в гостевой дом этому пацану и его матери ужин приносил. Ну, ты бы на него посмотрел! В колпаке таком идиотском и ночной пижаме… Совершенно дурацкий вид. А знаешь, кстати, почему он папашу назвал летчиком?
– Почему?
– Мать его дурила все время. Ну, он-то дебил дебилом, конечно, а все же видел, что у других детишек отцы есть. Спрашивал мать, где отец? А она ему врала, что он – летчик, мол, что летает. Вот вчера и случился этот конфуз. Ты лицо Тапаева видел, когда сынуля его летчиком назвал? Я думал, что он сейчас пойдет и застрелится, честное слово.
Богданов невесело засмеялся. Он чертовски устал за последние дни, похоже. И это был нервный смех.
– А правда, что у шефа с его сестрой плохие отношения? – спросил Китайгородцев.
– И кто же тебе это все рассказывает? – вздохнул Андрей Ильич.
– Правда или нет?
– Бывают отношения и похуже.
– С мужем ее, дядей Сашей, Тапаев так и не встречался?
– Этого дядю Сашу я хоть сегодня выставил бы за ворота.
– Почему же?
– Злой он, – объяснил Богданов. – Злой и мстительный.
– А мстит за что?
– У него жена болеет. Тапаевская сестра, в смысле. И он думает, что тот должен все свои дела бросить и его женой заниматься…
– А шеф не хочет?
– Ну не может он, Толик! Не может он всем помогать!
…Они бы еще поговорили об этом, конечно, но в это время в руке у Китайгородцева ожило переговорное устройство. Это был Костюков:
– Толик! Тут след!
– Лыжник?
– След лыжника так и тянется. Но тут еще след снегохода появился!
«Все-таки там есть след. Все-таки кто-то с той стороны приближался к охраняемой территории!» – Анатолий даже не удивился. Он ждал, что так и будет.
– У тебя есть еще лыжи, Ильич? Надо бы мне туда прокатиться.
– Зачем лыжи? – пожал плечами Богданов. – Можно взять хозяйский снегоход.
* * *По следу. По лыжному следу. Черная туша снегохода как будто потеряла вес и легко скользила по снегу, не проваливаясь. Китайгородцев доехал до лаза. Здесь следы лыжников уходили от забора прочь и петляли меж деревьев – он тоже повернул. До проселка, если верить Богданову, километра три или четыре; Анатолий предполагал найти своих товарищей где-то там, но он ошибся. Уже метров через двести, откуда еще был виден опоясывающий территорию тапаевского поместья забор, он настиг лыжников. Они не ушли с того места, где обнаружился след снегохода. Дальше в лес уходили следы, оставленные одиноким лыжником. Он шел прямо по проложенной снегоходом лыжне.
– Ты посмотри вон туда, Толик, – предложил Костюков.