«Я встретил вас…» стр. 102
образом восходящего солнца подразумевается пробуждение Востока… Однако образ сам по себе так самостоятельно хорош, что очевидно, если не перевесил аллегорию в душе поэта, то не подчинился ей, а вылился свободно и независимо». («Биография…» С. 118.)
С. 197. «Как неожиданно и ярко…» – Это стихотворение и идущее следом «Ночное небо так угрюмо…» написаны в августе 1865 года в Овстуге, где поэт проводил свой очередной отпуск. Были любимыми стихотворениями Л. Н. Толстого.
С. 199. «Нет дня, чтобы душа не ныла…» – Несколько стихотворений поэта (в том числе и это), посвященных его «последней любви», хранилось в семье Георгиевских, а потом перешло к сыну Денисьевой, Ф. Ф. Тютчеву. Он, в свою очередь, опубликовал их в журнале «Исторический вестник», т. XCIII, 1903, июль. С. 202–208, вместе со своей статьей «Федор Иванович Тютчев. Материалы к его биографии». В день написания стихотворения, 23 ноября 1865 г., поэту исполнилось 62 года.
«Как ни бесилося злоречье…» – Биографы поэта, хотя и сомневаясь, относят его к Надежде Сергеевне Акинфиевой (1839–1891), урожд. Анненковой, внучатой племяннице кн. A. M. Горчакова. Поговаривали, что дядя, старше племянницы более чем на сорок лет, был влюблен в нее и даже предполагал жениться на ней. Но можно все же предположить, что стихотворение относится к Е. А. Денисьевой. (См.: Г. Чагин. «О ты, последняя любовь!..»)
С. 200. «Тихо в озере струится…» – Во второй половине 1860-х гг., в связи с возрастом, усталостью, Тютчев все чаще проводит летние дни вблизи Петербурга, в Царском Селе. Там и написано это стихотворение в июле 1866 г. «Оракул наших дней», провидец, мог ли он тогда предположить, что ровно через семь лет, в том же июле и в том Царском, он закончит дни свои.
С. 200. «Когда дряхлеющие силы…» – Стихотворение обращено к кн. П. А. Вяземскому, которого было за что критиковать. Во-первых, князь нападал на редактора «Московских ведомостей», браня его за откровенный национализм (а Тютчев был близок к редакции московской газеты), а во-вторых, Вяземский нападал на роман Л. Н. Толстого «Война и мир», что также претило Федору Ивановичу. Интересны и две последние строчки стихотворения, в которых поэт, справедливо упоминая «старческую любовь» свою и кн. А. М. Горчакова, критикует «сварливый, старческий задор» Вяземского.
С. 201. «Как ни тяжел последний час…» – Стихотворение – наглядный пример тому, как сохранялись иногда произведения поэта. Так, во время очередного заседания Совета Главного управления по делам печати, членом которого был и Тютчев, редактор «Правительственного вестника» граф П. И. Капнист заметил, что поэт «был весьма рассеян и что-то рисовал или писал на листе бумаги, лежавшей перед ним на столе. После заседания он ушел в раздумье, оставив бумагу». Этим и не преминул воспользоваться Капнист, взявший экспромт «на память о любимом им поэте».
С. 202. «Опять стою я над Невой…» – Посвящено памяти Е. А. Денисьевой.
Пожары. – Стихи навеяны зрелищем лесных пожаров под Петербургом летом 1868 г.
С. 203. «В небе тают облака…» – Написано во время отдыха Тютчева в Овстуге, на хуторе Гостиловка.
С. 204. Мотив Гейне. – Вольный перевод стихотворения Г. Гейне «Der Tod, das ist die kuhle Nacht…» («Книга песен. – Опять на родине».)
С. 208. Ю. Ф. Абазе. – Посвящено музыкантше и певице Юлии Федоровне Абазе (ум. 1915). Была дружна с Гуно