Ядовитый полигон стр. 41
даешь, спецназ ГРУ… Летать, что ли, умеешь?
– Бегать. Только бегать. И даже пленников умею этому же учить. Немного жестко учу, но качественно. Пленники понимают. И начинают бегать, как никогда раньше не бегали…
Полтора Коляна усмехнулся вполне добродушно. Я давно знаю, что тучные люди зла не держат и обиды прощают быстро. Я не настолько сильно обидел этого майора, чтобы он на меня злился. Майор, словно у меня учился, поставил пленника на ноги, поднимая не за шиворот, а за веревку. Причем впечатление складывалось такое, будто он одной рукой способен встряхнуть бедолагу так, что у того ноги оторвутся от земли.
– Смотри, не придуши его, – забеспокоился Лагун.
– Я аккуратно… Ну что, вояка, пойдем в кабинет к начальству, говорить будем…
Они двинулись в здание, я за ними, но по пути заглянул к дежурному.
– У тебя одна камера контачит. Проверь.
– Я знаю, монитор мигает. Не знал только, что камера. Я думал, в самом мониторе что-то не так… Уже дважды переключал. А ты откуда знаешь?
Я не люблю объяснять, откуда и что я знаю. Так вся интрига пропадет.
– По радио передавали. В новостях…
Озадачив дежурного таким сообщением, я поспешил в кабинет подполковника Лагуна, чтобы присутствовать на допросе пленника. Подумал, что мне это, наверное, разрешат, поскольку пленника добыл именно я. Но сам Лагун посмотрел на меня отчужденно:
– Устал, наверное? Отдыхай…
Я понял это как приказ и собрался уже без обиды закрыть дверь с обратной стороны, поскольку как бывший офицер военной разведки прекрасно понимал, что в каждом деле существуют моменты, к которым допуск имеет только определенный круг лиц. А исполнители, как правило, работают только на своих узких участках и не лезут в чужую сферу деятельности. Но нечаянно бросил взгляд на своего пленника, рассмотрев его уже при нормальном освещении. И сразу узнал его, хотя вида не подал.
Разгляди я его раньше, может быть, и не привел бы парня сюда. И
сам, может быть, не вернулся бы так скоро. Недаром я никак не мог вспомнить, где я видел эту гусиную походку… А ведь совсем недавно видел. Мой пленник был одним из омоновцев, которые сопровождали Шахмардана Саламовича Нажмутдинова – того самого Пехлевана, когда он пришел в спортзал батальона мотопехоты, где я проводил занятия со своим взводом. Потом, по дороге к дому владельца ювелирного магазина, этот парень сидел за рулем «уазика» с простреленными стеклами. Я бы узнал его, возможно, и раньше, но темнота и разбитое лицо помешали мне присмотреться. Сейчас пленнику вытерли кровь с лица, да и свет двух лампочек в кабинете был достаточным.
– Что-то сказать хочешь? – среагировал Александр Игоревич на мою задержку.
– Бинокль и оружие возвращаю, – снял я с себя ремни пистолета-пулемета и бинокля, этим объясняя свою задержку. Но автомат пленника я пока оставил при себе на всякий случай. Подполковник на это внимание все же обратил.
– Машина привезла на тебя документы. Утром получишь свое табельное оружие – такой же пистолет-пулемет. «АКСУ», кстати, тоже здесь оставь, пошлем ствол на экспертизу. Проверим, что на нем «висит»…
* * *Я не знаю, чем мне не понравилось поведение подполковника Лагуна. Вроде бы внешне все выглядело нормально. Дело сделано так, что придраться не к чему. Претензий