Яков Серебрянский стр. 172
разведывательных заданий.
Яков Серебрянский принимал непосредственное участие в разработке и осуществлении многих разведывательных операций за линией фронта, а также в оперативных радиоиграх с противником «Монастырь», «Березино» и других.
Оперативная радиоигра «Монастырь»Следует подчеркнуть, что оперативная игра под названием «Монастырь» имела важное значение в плане дезинформации разведывательных органов противника, выявления и пресечения его подрывной деятельности и считается специалистами одной из наиболее крупных и эффективных радиоигр, проведенных 4-м Управлением НКВД СССР.
Начало оперативной игры относится ко времени разгрома немцев под Москвой.
С изменением военной обстановки немецкие разведорганы стремились получать более полную и обширную информацию о Советском Союзе, его вооруженных силах, политическом и экономическом положении. С этой целью они активизировали агентурную разведку не только в прифронтовой полосе, но и в глубоком тылу страны.
Чтобы снизить разведывательную активность противника и парализовать его деятельность, НКВД поставил задачу установить связь с германскими разведорганами и использовать эти каналы для дезинформации противника, выявления и пресечения враждебных замыслов фашистской разведки и проникновения в их разведывательные органы.
Оперативный замысел игры сводился к подставе разведцентру немцев якобы существовавшей в Москве антисоветской церковно-монархической организации. Легенда базировалась на использовании полюбившейся немцам официальной доктрины фашистской разведки о существовании в СССР «пятой колонны» и на объективно имевшихся в НКВД материалах о намерении бывшего придворного поэта Бориса Садовского сколотить в Москве контрреволюционную церковно-монархическую организацию и связаться с немцами, чтобы оказывать им помощь в борьбе с советской властью.
В начале февраля 1942 года, когда немецкие войска впервые после начала Второй мировой войны потерпели сокрушительное стратегическое поражение в Битве под Москвой, к немцам за линию фронта перешел агент органов госбезопасности «Гейне» — Александр Петрович Демьянов. Он происходил из знатного дворянского рода: его прадед Антон Головатый был первым атаманом кубанского казачества. В роду Демьянова все мужчины традиционно были военными. Завербован он был в 1929 году и использовался контрразведкой для разработки связей оставшихся в Советском Союзе лиц дворянского происхождения с зарубежной эмиграцией. Александр Демьянов работал в Москве в Главкинопрокате, был знаком со многими известными актерами театра и кино, часто бывал на бегах, держал в Манеже собственную лошадь и был широко известным человеком среди московской богемы.
Выбор «Гейне» в качестве подставы гитлеровским спецслужбам не был случайным. К моменту нападения фашистской Германии на Советский Союз он уже был опытным агентом.
Из характеристики на секретного сотрудника «Гейне», относящейся к середине 1930-х годов:
«Надежный, способный и абсолютно честный во взаимоотношениях с органами госбезопасности работник. Он научился концентрировать волю, отличается активным восприятием жизни, умением глубоко проникать в психологию людей. Обладает великолепной памятью, молниеносной реакцией, способностью самостоятельно принимать решения».
Еще в довоенный период «Гейне» вышел на представителей германской торговой миссии в Москве и в разговоре с ними назвал ряд фамилий русских эмигрантов, поддерживавших контакт с его семьей в предреволюционный период. Германская разведка заинтересовалась «Гейне» и стала вести его разработку. Абвер присвоил ему псевдоним «Макс».
В поле зрения органов государственной безопасности в предвоенное время находились некоторые представители русской аристократии: бывший предводитель Дворянского собрания Нижнего Новгорода Глебов, поэт Садовский, член-корреспондент Академии наук СССР Сидоров и некоторые другие. В свое время они учились в Германии, были известны немецким спецслужбам, а в Москве жили на территории Новодевичьего монастыря, где нашли