Яков Серебрянский стр. 219
и была распущена Абакумовым в 1946 году».
Интересно, что данная идея была реализована значительно позже, в период афганских событий и ввода в эту страну ограниченного контингента советских войск.
Так, на состоявшемся 19 августа 1981 года совместном заседании Политбюро ЦК КПСС и Совета министров СССР высшее руководство страны приняло решение о создании в Комитете государственной безопасности СССР секретного отряда специального назначения для проведения операций за пределами СССР в «особый период». В результате был создан Отдельный учебный центр КГБ СССР. Поскольку инициатором создания данного центра был руководитель нелегальной разведки 1-го Главного управления КГБ СССР генерал-майор Юрий Дроздов, спецотряд, получивший наименование «Вымпел», был закреплен за подразделением нелегальной разведки, а его бойцов стали называть «разведчиками специального назначения».
Сам Юрий Иванович Дроздов так объяснял выбор термина: «Мы выбрали термин “разведчик специального назначения”, потому что он в первую очередь вбирает в себя различия между функциями обычного разведчика, действующего под дипломатическим или другим прикрытием в мирных условиях, спокойных условиях разведывательной работы и никогда не привлекавшегося к выполнению острых разведывательных задач, и разведчика-диверсанта, призванного выполнять именно такие задачи и работающего в особых условиях. Кроме того, разведчик-диверсант должен обладать более широким диапазоном знаний, навыков, позволяющих справиться с выполнением таких острых задач».
А в интервью газете «Аргументы и факты» генерал
Дроздов особо подчеркивал, что в документах КГБ было строго оговорено, что «особые мероприятия» за пределами СССР проводятся только на основании специального решения Политбюро и Совета министров.
Но вернемся вновь в 1953 год. Рассказывая о совещании, состоявшемся у Берии, генерал Судоплатов подчеркнул:
«В связи с формированием бригады особого назначения Берия и Круглов одобрили мое предложение привлечь к активной работе в новой структуре внутренних дел наших специалистов по разведке и партизанским операциям. Василевский, Зарубин и его жена, Серебрянский, Афанасьев, Семенов, уволенные из органов, вновь были возвращены на Лубянку и заняли высокие должности в расширенном 9-м отделе МВД».
Таким образом, огромный опыт разведывательной работы Серебрянского в очередной раз был востребован. В марте 1953 года он вернулся на службу в 9-й отдел центрального аппарата МВД, ставший преемником 4-го Управления НКВД — НКГБ — МГБ, на должность оперативного работника негласного штата 1-й категории.
Рассказывает Анатолий Яковлевич Серебрянский:«В марте 1953 года Судоплатов пригласил отца на работу в МВД. Отец был очень рад. Ведь это было то, чему он посвятил все зрелые годы своей жизни.
Но мама испытывала очень большое беспокойство по этому поводу.
В мае мы с отцом в очередной раз побывали на Красной площади, смотрели парад и демонстрацию. Для нас это всегда было большим событием. Всеобщее воодушевление, улыбающиеся лица. Атмосфера настоящего торжества».
Увы, четвертое пришествие Серебрянского в органы государственной безопасности продлилось недолго.
Между тем в высшем руководстве страны обстановка становилась все более напряженной, о чем ни Судоплатов, ни его коллеги, в частности Серебрянский, увлеченные новой работой, видимо, не догадывались. Позже Судоплатов отмечал в своих мемуарах: «В описании событий 1953 года ряд наших и зарубежных историков упускал из виду, что фактическое руководство страной после смерти Сталина в марте — июне 1953 года было в руках не “тройки” — Маленков, Берия и Молотов, а “четверки” вместе с Хрущевым. Его роль была весьма значимой, ибо решением Пленума