Янмэйская охота стр. 168
помощи Эрвина, Галлард и Аланис Альмера достигли некоего подобия мира. Дядя считался наместником племянницы и правил герцогством от ее имени; племянница получала огромное денежное содержание и гарантию власти после смерти дяди. Ни одного из двоих условия договора не устраивали в полной мере, но и не ущемляли аж настолько, чтобы затеять войну в ближайшем будущем (тем более, что исход этой войны был отнюдь не очевиден). Временно удовлетворившись, Аланис взялась за Фаунтерру.
Исконно столичный бургомистр был ставленником императора. Городской совет, собранный из старейшин цехов и гильдий, защищал интересы мещан, но бургомистры всегда стояли за благо Короны. Потому любое серьезное решение в магистрате принималось с боями, исходная идея либо переиначивалась до неузнаваемости, либо урезалась вполовину — лишь тогда старейшины и бургомистр приходили к согласию. При Аланис все пошло иначе.
Никогда прежде градоправителем не становилась столь знатная персона. Когда герцогиня Альмера впервые явилась в магистрат, старейшины оробели до немоты. Но вскоре они с удивлением обнаружили: договориться с миледи намного проще, чем с ее предшественником. Аланис мало заботилась интересами Короны, к тому же, считала унизительным для себя долго спорить и торговаться. Если идея казалась миледи мало-мальски разумной — она соглашалась. Проход для торговых судов под Дворцовым мостом? Почему бы и нет? Мост же подъемный, не стоять же механизму без дела. (Тридцать лет купцы клянчили у императоров право ходить под этим мостом и получали отказ: нечего плавать перед фасадом дворца, пускай обходят остров с тыла.) Создать вторую гильдию булочников?.. А что, еще не создана?! Так создать немедля! В Алеридане четыре булочных гильдии — люди любят сладости, казна любит налоги. (Пятнадцать лет старейшина единственной гильдии удерживал монополию за счет взяток, хитростей и дальнего родства с министром финансов.) Запретить бродячим актерам выступать в городе?.. Этот вопрос не решался уже полвека. Образованные мещане ненавидели пришлых комедиантов за грубость, шум и грязь; но чернь обожала вульгарные зрелища, а императоры в мелочах потакали черни, чтобы снизить опасность бунтов. К тому же, вокруг Фаунтерры нет стен — как, собственно, не пустить актеров в город?.. Здесь леди-бургомистр неожиданно поспорила с мещанами: актеры — это же весело, пускай будут! Старейшины еще не знали, что герцогиня наделена простым чувством юмора и сама не прочь развлечься уличными зрелищами. Узнав, сменили подход: ладно, пускай дают представления, но платят большой налог. С этим миледи охотно согласилась: если актеры смешные, то получат много монеток и легко уплатят подать; а если не смешные, то такие нам не нужны.
Так что, несмотря на родовитость, герцогиня Альмера во многом шла навстречу старейшинам. Но когда все же настаивала на своем — делала это так властно, что совет не смел голосовать против. Решение быстро претворялось в жизнь: миледи просто высказывала свою волю, и старейшины хотя имели право вето, но не решались им воспользоваться. Так, миледи сочла, что пожарная служба в столице недостаточна. Не мудрено, если первым же днем в магистрате Аланис увидела пожар: сгорела башмачная через площадь. Старейшины было возразили, что большинство зданий в Фаунтерре — каменные, а значит, пожар не разлетится по всей улице. Ну, сгорит один дом — так это забота его хозяина, а не всего города, верно же, миледи? Пусть каждый сам следит за своей печкой — лучше так, чем увеличивать налоги… Аланис слушала-слушала, а затем плеснула масла из лампы прямо на стол совещаний. Вспыхнуло так, что любо-дорого: с треском, с искрами. Половина разбежалась в ужасе, остальные стали сбивать пламя сюртуками и заливать чаем. Погасили, продолжили совещание, черные от сажи. Мещане не успели оглянуться, как по городу уже росли пожарные каланчи, а в телегах с водяными бочками разъезжали плечистые парни в блестящих шлемах и красных куртках (барышни заглядывались на них — чуть не выпадали из окон).
Затем — городской поезд: маленькие искровые вагончики. Миледи сказала: в Алеридане есть уже давно, а Фаунтерра — будто захолустье, вся ездит на лошадках! Против этих треклятых вагончиков боролась и гильдия извозчиков (боясь конкуренции), и гильдия дорожных строителей (чтобы не перестилать мостовые),