Янмэйская охота стр. 181
вечно лгала. Например, она заявила, что провела в лечебнице восемнадцать лет и помнит каждый день. Но если она так все хорошо помнит и ничем не болеет, кроме дурацкой апатии, то как же лекари не исцелили ее за восемнадцать-то лет? Явная клевета против возможностей терапии! Затем, Карен сказала, что Дороти пробудет в лечебнице не меньше десяти лет. Какая чушь! Месяц-два — и остатки недуга исчезнут, как снег весною! Еще Карен угрожала, что Дороти станет несчастной, вспомнив свое прошлое. Но Дороти при помощи Нави уже вспомнила главное: свой род, свою маму, свою Праматерь — это наполнило ее и счастьем, и гордостью. Конечно, туманные участки оставались (например, ей никак не удавалось вызвать в памяти лицо мужа) — но терапия справится с недугом, и Дороти все вспомнит, и это явно не заставит ее горевать. Если, например, ее муж уродлив или стар, или глуп — какая в том беда? Дороти — дворянка, а дворянки постоянно заводят себе альтеров.
Словом, Карен источала только ложь, печаль и разочарование. Для Дороти лучше всего было бы вовсе не общаться с нею — попросить магистра о переводе в другую палату. Но приличия запрещают дворянину игнорировать другого дворянина, особенно среди окружения черни. Так что Дороти свела разговоры с Карен к пожеланиям: «Доброго утра, миледи» и «Доброй ночи, миледи». Карен отвечала тем же, да еще холодным укоризненным взглядом. Она показывала, что ждала от Дороти большего. Любопытно, чего? Что Дороти тоже перестанет есть, отощает как мумия и начнет презирать жизнь?..
Мне повезло, — думала Дороти Слай назло Карен. Я — любимица богов. Во-первых, я первородная, это само по себе счастье. Во-вторых, мое целебное число оказалось очень простым: семерку ведь легко найти, если б я додумалась считать по порядку, то нашла бы сразу, в первый день возле Нави. А вот Карен вовсе не догадалась поискать свое число — может, потому, что она тайком наслаждается печалью? Но сказано Праматерями: не получай удовольствия от страданий. Чертова еретичка!
Нави — другое дело. Он не лелеял свой недуг, а честно рвался к исцелению. Но, видно, его заветное число было очень сложным.
— Как думаешь, какое оно? — спросила Дороти, и Нави не сразу понял:
— Что значит — какое?
— Ну, хотя бы, сколько в нем цифр? Есть ли дробь?
— Понятия не имею, — сказал Нави.
— А смысл твоего числа
представляешь? Это должна быть дата или возраст, или цена, или размер земли, или высота горы?..
— Не знаю, — вздохнул Нави. — Я даже не думаю, что это одно число. Полагаю, мне нужен ряд чисел.
— А так бывает? — удивилась Дороти.
— Так бывает почти всегда. Числа, как правило, ходят рядами. Или даже матрицами.
— Прости?
— Матрица — это такая табличка из чисел, — Нави нарисовал на черновике.
— Ого! А мне помогло одно-единственное число.
— Тебе очень повезло. Мне одно не поможет.
Для забавы Дороти вписала свои любимые числа в матрицу три на три. Вышло красиво, ей понравилось. Нави показал, что можно сосчитать суммы каждого ряда, столбца и диагоналей. Дороти ахнула, осененная идеей:
— Послушай! Может быть, тебе надо найти матрицу, где все суммы равны?!
Он отмахнулся:
— Это очень просто.
Слету нарисовал несколько матриц для примера. Дороти проверила суммы: действительно, все равнялись друг другу и по строкам, и по столбцам.
— Матрица, которая поможет мне, намного сложнее. Я не знаю даже число констант, входящих в нее. Некоторые точно входят, другие — не уверен. А еще входят, как минимум, три переменных, значит, будет в лучшем случае система из трех уравнений…
Дороти перестала что-либо понимать, но оценила сложность проблемы.
— Нави, чем я могу помочь? Ну, кроме книг из дворцовой библиотеки.
— Ты правда хочешь мне помочь? Правда-правда?
— Отчего сомневаешься? Ты же мой друг, ты спас меня. Я была в идовом тумане, ничего не помнила, кроме имени и возраста, считала себя какой-то