Янмэйская охота стр. 221
всех награжденных воинов?
Дагобер смешался, до крайности подавленный:
— Ваша светлость, я только хотел сказать… если вы нас подозреваете в краже письма, то мы же… ну, мы послужили вам, доказали…
Меррит пришел ему на помощь:
— Ваша светлость, помните, когда убили Джона Соколика, вы опасались, что все наемные стрелки сбегут? Тогда уже лед стоял на реке, а дела шли очень скверно. Вы созвали нас и обещали каждому по сто эфесов, если мы…
— Снова лишнее! — вскричал герцог. — Вы только путаете, а тут и без вас идов хаос! Скажите, наконец, толком!
Меррит сказал:
— Милорд, я для вашей женщины сбил шишку с елки.
— Для Аланис?.. Зачем ей шишка?.. Какой абсурд! — И вдруг герцог улыбнулся: — А, точно, было такое! Вы — Ястреб Меррит, помощник Соколика?
— Так точно.
— Вы были раньше лесным разбойником?
— В зеленом братстве.
— Да, помню! Хорошо. И к чему вы вели?
— К тому, милорд, что мы не брали письма.
— Конечно, не брали. Я вам с самого начала поверил.
— Поверили, милорд?
— Разумеется. Фарвей придумал хитрость, вы попались. Но чтобы вы сами украли письмо — этого я и не подозревал.
— Вы не вините нас, милорд?
— Вы могли бы стрелять и поточнее.
— Мы научимся, милорд. Дагобер будет упражняться ежедневно.
— Дважды в день, и без увиливаний! Тренируйтесь на воробьях: тяжело в учении, легко в бою. А теперь ступайте, дайте мне подумать.
Агент Пайк боязливо поднял двух дохлых голубей:
— В-ваша светлость, а ч-что делать с этими?
— Похороните их со всеми почестями, закажите молебен.
— Ваша светлость, у них на лапках письма. Для Ш-шейланда. Их подстрелили раньше, до всей этой оказии.
— Давайте сюда.
Пайк протянул герцогу птичьи тушки. Ориджин внимательно поглядел на агента. Тот хлопнул себя по лбу:
— Ох, простите, ваша светлость!
Содрал с лапок бумажные ленты и положил на стол. Ориджин взломал печати, пробежал письма глазами, слегка нахмурился.
— Ммм… господа, не знает ли кто-то из вас что-нибудь о Светлой Сфере?
— Звучит как название Священного Предмета, — сказал Ворон. — Пожалуй, его можно найти в реестрах.
Судья добавил:
— Если Предмет упомянут в письме для графа Шейланда, то он, наверное, входит в достояние графа.
— Благодарю, милорд, — хмыкнул Ориджин, — очень тонкое наблюдение. Я понимаю, что это — Предмет. Он упомянут в странном контексте: «Милорд, как быть в связи со Светлой Сферой?» А что такого связано с нею — не знаете ли?
— Никак нет, милорд.
Все пятеро отрицательно покачали головами.
— Ладно, спрошу у сестры… Благодарю, господа, можете быть свободны.
Они потянулись на выход, и Меррит вернул Дагоберу тычок локтя:
— Учись стрелять, братишка. Слышал приказ герцога?
* * *
— Друг мой Эрвин, я хочу, чтобы ты не знал преград на своем пути к счастью. Если твоя северная душа возжелает оружия — скажи мне, и получишь шпаги, самострелы, стилеты с очами самой искусной огранки, какую видели в подлунном мире. Если ты устанешь от холодов и скудости солнечных дней — скажи, и получишь дворец на самом солнечном из островов среди южных морей. Если по какой-то причине боги злата хоть на миг отвернутся от тебя — дай мне знать, и я пополню озеро твоей казны горным потоком своих монет. Женщины и вино — это самая малость, какую я могу дать своему любезному другу. Такая малость, что о ней и говорить не стоит, лишь моргни вот так — и получишь столько, что навек забудешь любые тяготы жизни. В моем королевстве есть даже шар, летающий по небу! Ума не приложу, зачем он нужен, но если тебя он порадует, то бери, он твой! Эрвин, ты — самый драгоценный мой друг, и мне будет больно, если станешь нуждаться хоть в чем-нибудь.
Как и всегда в покоях принца Гектора Шиммерийского звучала южная музыка, тягучая, как мед. Как и всегда, пахло тончайшими благовониями, а красивейшие девушки в прозрачных шелках вились вокруг Эрвина. Как и всегда, стол трещал под горами