Янтарная комната стр. 428
богов!
Еще один бог покатился вниз, по земляным террасам храма.
Индейцы бросились к оружию. Из подземных домов выбегали мужчины с копьями, с пиками. Жрецы в темных одеждах метались среди воинов. «Спасайте наших богов, спасайте!» - кричали жрецы, подстрекая толпу, трясли космами, поднимали сжатые кулаки кверху. «Хватайте белого вождя!»
В нескольких местах индейцы уже прорвали цепь солдат вокруг храма, два - три солдата упали под ударами индейских пик.
- Спасайте наших богов, спасайте!..
Испанцы не ждали нападения. На площади завязался настоящий бой. Индейцы прорывались уже к большой террасе дворца Типарипакока, у основания которой стоял Кортес с Мариной и с капитанами.
- Хватайте белого вождя, хватайте!..
Сжатые кулаки, пики, камни угрожали со всех сторон. Ничего не стоило тотонакам, окружив, прижать к основанию храма, раздавить, уничтожить испанцев.
- Только вождь может их успокоить! - сказала Марина.
Она сама бросилась во внутренние помещения дворца. Типарипакок лежал на полу у очага, окруженный слугами. Он не мог вымолвить ни слова от страха. С неожиданной силой Марина подняла его с полу за плечи и потащила на террасу.
- Если хоть одна стрела попадет в белого вождя, смерть будет тебе, Типарипакок! - сказала Марина.- Выйди на террасу, успокой свой народ!
Дородный вождь, весь трясясь, вышел на террасу.
- Гони белых людей, Типарипакок! - зашумели внизу индейцы.-Гони пришельцев из нашей земли!.. Зачем они трогают наших богов?..
- Наши боги сами не могут себя защитить! - плача от страха, сказал вождь. - Они потеряли силу…
Солдаты в эту минуту подтащили к краю площадки еще одного идола, и бог полетел вниз, широконосый, уродливый, стукаясь боками о ступени храма.
- Они сами не в силах себя защитить, - сказал вождь, - разве мы можем их спасти?..
Тотонаки затихли. Они растерянно толпились внизу, не зная, что предпринять.
- Артиллерия! - сказал Кортес.
Две пушки с грохотом ударили в боковой фасад дворца Типарипакока. Взметнуло песок, землю, посыпались камни. Весь край террасы разворотило.
Типарипакок упал на землю и пополз прочь, не помня себя от страха.
- Спасайтесь!.. Спасайтесь!.. - кричали индейцы. Толпа смешалась, дрогнула, люди начали разбегаться.
Кортес велел закрыть выход на площадь позади дворца.
- Пускай тотонаки посмотрят, как горят их поганые боги, - сказал Кортес.
Солдаты разложили костер. Деревянные боги с треском запылали.
- Не давайте себя жечь, боги, не давайте! - индейцы падали на колени, в отчаянии стукались головами о землю.
- Гоните белых людей, великие боги!..
Боги догорали, послушно подставляя огню обугленные спины. Белые люди были сильнее их.
Солдаты, быстро выловили из толпы скрывавшихся в ней жрецов, площадку наверху храма наскоро убрали, унесли с нее разбросанные человеческие кости, отмыли следы крови на земляном полу. Жрецов переодели, дали им свечи в руки; и очень скоро вокруг храма пошла торжественная процессия тотонакских жрецов в белых христианских одеждах; впереди процессии главный жрец Семпоалы нес икону девы Марии с младенцем на руках.
- Слава тебе в небесах и на земле! - пел патер
Ольмедо. Жрецы подтягивали, как умели.
В тот же день патер Ольмедо отслужил христианскую мессу на вышке тотонакского храма.
«И благодарные индейцы рыдали от умиления, слушая святые слова…» - сообщил историк три столетия спустя, рассказывая об обращении тотонаков.
Тотолаки действительно рыдали, но не от умиления. В