Япония: язык и культура стр. 157
а другая, наоборот, радовалась тому, что хотя она замужем, ее еще именуют по имени [Kumagai 2001: 185–186]. Но в современной Японии все такие обращения уже не всегда достаточно вежливы, как и обращения с помощью местоимений 2-го лица. Нередко при необходимости начать диалог с незнакомым человеком лучше вообще не пользоваться никакими специальными обращениями, начиная общение словами, не обозначающими собеседника, но устанавливающими с ним контакт: ano 'послушайте', sumimasen 'извините' и др. [Takiura 2007а: 33]. В таком случае между говорящим и слушающим сразу устанавливается некоторая дистанция, отсутствующая при использовании имен родства [Takiura 2007b: 38].
Такая проблематика связана и с вопросом о роли этикета в диалоге, к которому мы переходим. Пока эти проблемы недостаточно исследованы, и мы ограничимся лишь некоторыми замечаниями.
7.3. Этикет в диалогеРяд исследователей отмечает несхожесть правил ведения диалога в японском и других, прежде всего, естественно, западных языках. В частности, в английском и других языках вводная часть диалога отсутствует или крайне невелика. Но в японском диалоге у обоих участников много, вроде бы, не несущих информации вводных слов и междометий, они, однако, нужны для установления контакта между собеседниками (фатической функции, по Р. Якобсону). Например, перед началом повествования одним из собеседников нужно, чтобы он удостоверился в отсутствии враждебных намерений у партнера, а тот пригласил его начать рассказ. Для носителя английского языка такая стратегия может показаться чересчур уклончивой, но «сотруднический» (collaborative) стиль японского диалога этого требует [Fuji 2007].
Еще одно явление, известное не только в японском языке, но имеющее в нем особое распространение – так называемые айдзути (aizuchi), буквально 'совместные молоты' (по-английски backchannels). Как правило, в ходе японского диалога, когда говорит один из партнеров, другой вклинивает в его речь разные, обычно короткие слова вроде hai 'да', e 'да', naruhodo 'в самом деле', показывая свою заинтересованность в продолжении речи собеседника и вовлеченность в диалог, а зачастую (но не всегда) и согласие с собеседником. Вопрос об айдзути подробно изучен в книге [Tanaka 2004: 137–200] на материале телевизионных интервью и в статье [Clancy and al. 1996]. Здесь показано, что они необходимы, с точки зрения японского этикета, поскольку собеседники не могут быть безучастны друг к другу [Tanaka 2004: 137]. Особая их роль в японском языке обычно объясняется постоянной необходимостью для японского этикета получать поддержку собеседника [Clancy and al. 1996: 381]. В разговоре повествовательные куски просто невозможны без участия собеседника, который должен вставлять айдзути, не прерывающие повествование, а, наоборот, сигнализирующие о необходимости его продолжения. Айдзути могут вставляться и между предложениями, и внутри предложения почти на любой границе слов,
даже между знаменательным и служебным словом. Такие короткие высказывания часто неправильно понимаются иностранцами, даже достаточно владеющими японским языком. Слово hai значит 'да' в качестве ответа на вопрос, но в качестве айдзути означает не согласие, а знак понимания и заинтересованности слушателя; однако его могут ошибочно понять как согласие [Tanaka 2004: 171; Akasu, Asao 1993: 102]. Количественно айдзути встречаются в три раза чаще, чем в английском [Akasu, Asao 1993: 101], еще чаще, чем в китайском и, по-видимому, в русском языке. Для американца языковое поведение японца с частыми айдзути может восприниматься как слишком надоедливое [Clancy and al. 1996: 383].
Оба описанных выше явления показывают