Библиотека

Ярмарка безумия стр. 209

Размер шрифта
-
+
Тема

человеком, - очень четко и, судя по всему, заученно произнесла Поливанова. - Профессионал видит себя со стороны, чувствует дистанцию со своим героем, а любитель… Любитель теряет голову и рвет страсти напропалую. А если у него еще и психика нездоровая, тогда ему вообще конец. Перестает разбирать, где роль, а где жизнь… И режиссер для него - как родитель для маленького ребенка. Он его слушает во всем, верит ему как богу, которому все известно.

Поливанова, поборовшись с собой, с виноватой гримасой опрокинула очередную рюмку, а Ледников подумал, что последние ее слова скорее всего принадлежали покойному режиссеру Поливанову, который воспитывал в своей жене настоящую актрису. И почему-то мысль его зацепилась за этот образ - режиссер, который направляет актера, навязывает ему ту логику роли, которая видна ему одному… Актер же может о ней и не догадываться…

- Скажите, Альбина, а откуда она узнала про любовницу мужа? Или это были обычные догадки? Ну, знаете, муж задержался, значит, был у любовницы…

- Откуда я знаю! Значит, кто-то сказал, просветил, - махнула рукой Поливанова, думая о чем-то своем.

- Может, кто-то настраивал ее против мужа? - аккуратно, без нажима спросил Ледников. - Раздувал, как говорится, чуть затаившийся пожар?

- А черт его знает! Я-то ее, наоборот, успокаивала. Какие, говорю, у твоего Ампилогова могут быть любовницы? У него от политики все, что у мужика в штанах, давно сморщилось! А она прибегает с вытаращенными глазами: у него секретарша новая! Незамужняя!

Пусть только попробует меня бросить, я ему покажу!.. А потом уже спокойнее: но он не сможет, я знаю, он испугается. Потому что знает, чтo у меня в руках и что я могу с ним сделать! И так сделать, что мне за это ничего не будет…

Прощание с госпожой Поливановой оказалось делом непростым. Она все время пыталась что-то показать, рассказать, немекала на некую бутылку, которая у нее есть, но Ледников проявил твердость и благополучно ускользнул. Уже у лифта он поймал ее взгляд, и сквозь алкогольную муть ему померещилась в ее глазах такая тоска несчастной, потерявшей всякую надежду бабы, что, не дожидаясь лифта, он побежал по ступеням вниз.

Вечером Ледников заехал к родителям - поздравить отца с днем рождения.

Впрочем, все в этой благопристойной фразе не соответствовало действительности. Во-первых, матери дома не было, она уже несколько месяцев отсутствовала - читала лекции в университете Братиславы. Во-вторых, поздравлять отца с днем рождения было занятием неблагодарным. Он свои дни рождения терпеть не мог. За несколько дней до этого события на отца нападала черная хандра, он впадал в состояние некоей болезни и старался не подходить к телефону. Говорил, что в день рождения человек должен надевать власяницу на нагое тело, ничего не есть, пить сырую воду и проводить время в покаянии перед тем, кто дал ему жизнь, которую он так глупо и бездарно тратил, тратит и будет тратить дальше, пока она, его жизнь, не закончится. «С чем они, эти идиоты, поздравляют друг друга? - брезгливо, с отвращением спрашивал отец, глядя на очередной шумный юбилей по телевизору. - С тем, что смерть стала ближе, а возможность что-то предпринять дальше? Чему они радуются? Экая нелепая дурость!»

Так что Ледников, когда отец открыл

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.