Ярость Гуорры стр. 7
фраза осталась неоконченной – чувствую, что к моему счастью.
– Портной с подмастерьями, – тихо доложил «местный», затянутый в бархат и шелка.
– Пригласи, – кивнула ЧБ. – Будем одевать ребенка. Закажем костюмчиков и платьиц.
– Цвет лучше всего выбрать немаркий, – робко заметил я.
– Игры в куклы и одевашки-примеряшки – девчачья забава! – назидательно заметила ЧБ. – Ты лучше над именем срочно думай. Срочно! В течение пяти минут ребенок должен обрести имя, Рос! Если хочешь, я могу помочь с выбором.
– Нет уж! – вздрогнул я всем телом. – Нет! Если Кира узнает, что ты дала моей дочери имя…
– Так переживаешь, будто вы в реале бок о бок живете и с одной сковороды тефтели кушаете, – фыркнула Черная Баронесса, бросив на меня косой взгляд.
– Что ты, что ты! – я в испуге схватился за сердце и дурашливо запрокинул голову. – Сказала, будто смерти пожелала! Кстати…
– Что?
– А вы сами из какой страны будете? – прищурился я с нарочитым подозрением, и поджав для пущего эффекта губы. – Ой, не нашенские вы, не нашенские… словечки твои интересные и выражения. В прошлый раз, когда мы готовились в Запределье портануться, ты братишке кричала: «Орбит! Матерь Божья!» А наши люди так не кричат. Ну или очень редко кричат. А теперь что-то про тефтели с одной сковороды… мы люди простые, мы яишенку там, картошечку жареную уважаем. А тефтели… редко, очень редко…
– Очень даже кричат и тефтели жарят! Тоже мне Шерлок Холмс Вальдирский, разоблачивший профессоршу Мориарти! Не хочешь говорить – не рассказывай.
– Ты только Шепота ко мне домой в реал не посылай, пожалуйста, – истово попросил я от всего сердца. – Если я внезапно кладовку открою в поисках альпийских лыж и узрю там прикинутого под ниндзю мужика, подъедающего баклажанное варенье… тут мое сердце и кончится. Так что очень прошу.
– От жадности сердце лопнет? Варенья пожалел?
– Да нет, просто он ведь жадно жрать будет и варенье начнет капать на полированные молочным шоколадом альпийские лыжи, подаренные моим закадычным другом месье Жёнопарле Африкано, что живет на соседнем снежном пике!
– Вот только не надо прикидываться швейцарцем! Ты русский на все сто!
– Особо и не скрывал, – пожал я плечами.
А что скрывать? Россия огромна! Иди поищи!
Но любая страна становится крохотной, если потенциальный недруг знает твой адрес. Мой адрес пока не знает никто, кроме родичей, близких и охранников. Учитывая доверие моего отца к охране, можно смело делать вывод – эти волкодавы, что стерегут мой и Киры покой, настолько круты, что могут согнуть дуло танка в бублик, обмакнуть его в машинное масло вместо сиропа и сожрать с аппетитным хрумканьем. Так что я оставался спокоен и продолжил лучезарно улыбаться, одновременно поинтересовавшись мимоходом:
– Меня в реале уже ищете, бессонные товарищи?
– А ты как думаешь? – прищурилась ЧБ.
– Ищете меня сердешного, еще как ищете, – кивнул я. – Что тут думать? Ну-ну, спасибо за честность.
– Чем дальше в лес, тем сильнее надо махать мачете, Рос.
– Это типа ты меня туманно пугаешь?
– Наоборот. Просвещаю. Чем дальше в лес – тем плотнее деревья, тем гуще и толще лианы. Это я в том смысле, что лианы и деревья – лишнее вранье, закрывающее обзор и заставляющее запутаться. И отнимающее время. Поэтому пора уже нам с тобой выйти из этого леса в