Идеальный слуга стр. 72
закатила глаза.
— А оптимальным подходом было бы ограбление спермобанка и регулярные рейды на ассенизаторские машины, — ничуть не смутившись, объявил Итан. — Уж это с заводом точно никто не связал бы! — тут он все-таки посерьезнел и глухо добавил: — В отличие от череды исчезновений…
— Каких исчезновений? — фыркнула Саша. — Женщин, которые официально и так были мертвы?
— Поначалу ни о каких исчезновениях речи не шло, — вдруг влез Самат. — Живую воду делала Инна Молога. На этой воде замешивали глину, делали фигуру человека в полный рост, а в голову сажали сформировавшегося гомункула высотой в ладонь. Одна-две куклы в месяц — не тот объем производства, чтобы речь зашла о массовом внедрении и огромных прибылях. Подумывали уже сворачиваться, но тут на Инну вышел я. Но не учел, что на ее стороне играет ведьма, — договорил он странно осипшим голосом и смущенно кашлянул, возвращая себе нормальное звучание.
Если поначалу Сашей двигали только амбиции — как же, такая молодая ведьма — а уже додумалась до революционного изобретения! — то после поимки охотника, когда на горизонте замаячило решение проблемы с живой водой, производство резко расширилось, и появилась новая мотивация. В чем-то даже более действенная, нежели самореализация.
Кто же не мечтал о миллионах-миллиардах в свои прекрасные двадцать три?
С помощью охотника, уже набившего руку
и научившегося неплохо заметать следы, Саша сколотила первую полноценную бригаду. Разумеется, даже связи отца в заводоуправлении никак не могли позволить замять появление в цехах десятка человек без документов и мозгов, — но их труд стоил денег, и неплохих.
А они ничего не просили.
Слово за слово — по городу начали появляться строители, которые могли класть кирпич и мешать раствор без перерыва на обед и сон, плиточники, способные делать ремонт в шесть рук на двух квадратных метрах, маляры и чернорабочие, которым было плевать на технику безопасности и условия…
Под городом росли коттеджные поселки, расцветали на свежеперекопанных грядках пошлые розы и наслаждались жизнью те, кто мог хоть как-то помешать развитию семейного дела. Те, кто мог хоть что-то сделать, — но предпочел закрыть глаза. Да что там, и в Уфе большая часть собрания интересовалась инновационными гомункулами с сугубо корыстными целями!..
Только навки все-таки почуяли неладное. Убедившись в бесполезности жалоб и исков, русалки сочли, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Кто мог, снялся с места, остальные затаились. Пятничные собрания в парковом пруду прекратились. О прибытии новых навок узнавать стало неоткуда, и проблема с живой водой снова встала во весь рост — а ведь спрос на кукол только рос, и материала требовалось все больше и больше!
Тогда Инна и решила, что пора рискнуть и избавиться от Веры. Ход оказался вдвойне выигрышным. Молога стала старшей, и вновь прибывшие должны были явиться к ней на поклон, если желали остаться в городе, — а приводил их безутешный русалочий вдовец, так и не нашедший в себе силы забыть о дыхании нави и начать новую жизнь. Бизнес процветал и расширялся, захватывая все большую аудиторию и затыкая все больше ртов…
А потом появилась я и начала задавать неудобные вопросы. И, что гораздо хуже, следом вопросы задавать стал Итан — только он адресовал их живым и никак не замешанным, обращая ненужное внимание на