Игра стоит свеч стр. 3
отвернулся от Эмбер. Хотя по факту являлся ее опекуном, как и Тэбби. Да что там говорить, он даже ни разу не поинтересовался, все ли у малышки в порядке.
Тэбби попыталась взять себя в руки. Ей нужен новый план. Врываться к нему просто так было и впрямь не лучшей затеей. Но у нее не осталось выбора. Кто мог подумать, что этот самодовольный пижон станет ее последней надеждой.
И в эту секунду словно сама судьба протянула ей руку. Высокая темная фигура, словно сошедшая с фотографий в журналах, появилась в коридоре в окружении охраны. Тэбби вскочила с кресла.
– Мистер Димитракос! Мистер Димитракос! – У нее едва получалось правильно произнести эту сложную фамилию.
Высокий охранник с суровым лицом преградил ей дорогу.
– Я опекунша Эмбер, как и вы! – выкрикнула Тэбби. – Меня зовут Тэбби Гловер! – В эту же секунду ее руки оказались за спиной, и она почувствовала, как ее буквально уносят от Ашерона. – Нам нужно поговорить. Я пыталась записаться на прием, но мне не дали. Вопрос очень срочный, и решить его нужно до выходных!
Эш понимал, что пригласить ее к себе на последний этаж было бы лишним. На девушке была поношенная куртка, потертые джинсы и кроссовки, волосы неопрятно схвачены резинкой в хвост. На лице – ни грамма косметики. Единственное, что могло привлечь его внимание, – это ее выразительные голубые глаза.
– Прошу вас, – надрывалась Тэбби. – Не будьте таким эгоистичным! Отец Эмбер был членом вашей семьи.
– У меня нет семьи, – перебил ее Эш. – Выведите ее из здания, – приказал он охране. – И сделайте так, чтобы больше она здесь не появлялась.
Возмущенная тем, что даже имя Эмбер не произвело на него впечатления, Тэбби замолчала. А затем стала крыть его самой отборной бранью, на которую только была способна. Охранники вели ее к дверям, а она кричала ему слова, которых сама от себя не ожидала. В ответ его черные глаза заблестели злобным светом. Это не могло укрыться от ее внимания. И она поняла, что за этой внешней неприступностью явно таились очень темные омуты.
– Мистер Димитракос? – раздался из угла другой голос.
Каково было удивление Тэбби, когда она увидела, что голос принадлежал тому самому старику с портфелем, что сидел напротив нее.
– Вы отзовете просьбу вашего почившего кузена? Просьбу об опекунстве над его дочерью? – размеренно произнес Стевос Ванноу, попеременно глядя на Тэбби и Эша.
Воспаленный мозг Эша пронзило внезапное воспоминание, от которого его лицо моментально стало хмурым.
– Не понимаю, о чем речь, – так же холодно ответил он.
– Самовлюбленный негодяй! – закричала Тэбби. Ее окончательно вывело из себя его
безразличие по отношению к Эмбер. – Лучше бы журналы писали об этом! Твое состояние не сделало из тебя человека!
– Stopi! – произнес по-гречески Эш. Затем повторил по-английски: – Хватит.
Но Тэбби не собиралась сдаваться. Годы лишений и разочарований выработали в ней выносливость и стойкость перед любыми препятствиями.
– И чем ты меня остановишь? Своей армией? – не унималась она.
– Что ей нужно? – невозмутимо спросил Эш своего адвоката.
– Давайте узнаем это у вас в офисе, – предложил Стевос.
Эш буквально сгорал от гнева. Всего три дня назад он вернулся с похорон отца, не в состоянии побороть в себе боль внезапной потери. Старик умер от инфаркта