Игра в кубики стр. 60
груди руки, как показалось Полине, задремал.
– Извините, пожалуйста, – раздался негромкий женский голос из двери подстанции, и Каргополова обернулась:
– Вы мне?
– Да, – в проеме стояла женщина лет тридцати в накинутой на плечи форменной куртке. – Я вам кое-что хочу сказать. Вы же следователь, да?
– Следователь. О чем вы хотите поговорить?
– Давайте отойдем, чтобы меня из окон видно не было, – попросила женщина, оглянувшись через плечо.
– Вы кого-то боитесь?
– Нет… просто не хочу, чтобы кто-то подумал… ну, что я сплетни… понимаете?
Они отошли за угол здания, и женщина, назвавшаяся Ириной, сказала:
– Я думаю, его Вика убила.
– Вика? Это фельдшер Негрич?
– Да. Понимаете… у них с Максимом Васильевичем три года был роман.
– Он ведь женат?
– Да. Можно подумать, для таких, как он, это препятствие, – фыркнула Ирина. – Наверняка Вика у него не первая была. Но суть не в этом. В последние несколько недель их отношения на глазах стали ухудшаться…
– Погодите… – перебила Полина, – то есть на подстанции знали об их романе?
– Конечно! Попробуйте тут что-то скрыть, когда даже комната отдыха общая, все вповалку – и мужики, и бабы? Конечно, все знали про Вику и Максима Васильевича. Так вот… отношения у них испортились, это было заметно – он ее избегал и прямо демонстративно так игнорировал, словно мимо стенки проходил.
– А Виктория не говорила, в чем дело? Не делилась с кем-то?
– Нет. Она вообще замкнутая, ни с кем особенно близко не сходилась. Да и когда ей? Тетка больная, то в стационаре, то дома лежит, Вика все сама… ну, и с Митиным, опять же, надо время проводить. В общем, на подстанции подруг не было, а так… не знаю.
– Но почему тогда вы решили, что именно Вика убила Митина? Потому что они поссорились?
– Вы мне не дали дорассказать, – Ирина вынула из кармана спецовки мятую пачку сигарет, закурила и продолжила: – Они дежурили двое суток назад, и Вика, и Митин. Так вот… Вика его застала в постели с одной тут… ну, словом, с другой женщиной, так скажем. А ведь это ж очень маленький коллектив, и к утру все, кто дежурил, об этом узнали. Представляете, каково Вике было? Она, кажется, даже не переоделась после сдачи смены, так в спецовке и уехала.
– Это очень интересно, спасибо вам, Ирина. Напишите мне вот тут номер вашего мобильного, пожалуйста, если мне вдруг что-то нужно будет уточнить, – Полина протянула ей ручку и блокнот, и Ирина с видимой неохотой написала номер телефона.
– Я могу идти?
– Да, спасибо вам за информацию.
Когда Полина вернулась на крыльцо подстанции, Двигунов по-прежнему сидел в той же позе, скрестив на груди руки, и дремал.
– Что-то интересное узнали? – спросил он неожиданно, и Полина даже подпрыгнула:
– Черт! Я думала, вы спите.
– Ну, какой опер спит на задании, а? Просто глаза прикрыл, но поляну-то секу. Что вам эта девица наболтала?
– Негрич была любовницей убитого Митина.
Двигунов резко сменил позу, снял очки и уставился на Полину:
– А вот это уже кое-что… Смотрите, что получается… рана в области сонной артерии, нанесена скальпелем – годится? Да, Негрич – фельдшер, анатомию знает, скальпелем тоже владеть обучена.
– Это ни о чем не говорит. А вот то, что буквально накануне она застала Митина в постели с другой женщиной, вполне может явиться мотивом. Но