Игрушки судьбы стр. 115
всеми, сколько бы их ни насчитывалось, сюрпризами мамаши.
— Штейна? — она ничуть не изменилась в лице, возможно, тех, кто всю жизнь проработал в борделе, уже ничто не могло удивить. — Боги-демоны не приходят по одному нашему желанию. У них свои желания и свои пути.
— Мне нужен Штейн, сказали, он на острове!
— Тебя не обманули, он — здесь и он же, подобно любому Богу-демону, нигде.
— Что нужно сделать, чтобы встретиться с ним?
— Возьми у меня девочку, любую.
Возможно, она водила меня за нос, а, возможно, действительно, что-то знала. За знания нужно платить.
— Вот эту, — я ткнул пальцем в одну из голограмм, что, подобно защитному редану, возникли между мной и мамашей.
Это была девушка, блондинка, рост выше среднего, телосложение эктоморфное — мозг привычно оценивал ее, как возможного противника.
Мамаша хлопнула в ладоши, все голограммы, кроме блондинки, исчезли, а выбранная сделала шаг и погладила мою щеку. Теплая, живая рука. Забавный фокус. Интересно, как они это делают?
Мамаша назвала сумму, от которой у любого бы полезли глаза на лоб. Я не раздумывая мазнул по считывателю запястьем, мамаша кивнула, когда деньги перешли к ней.
— Пошли, — пошевелив пальчиками, девушка поманила меня за собой.
* * *На улице мы с Мингом первым делом направились к одному из самых больших зданий, что стояли недалеко от входа. Здания традиционно не запирались — воровство внутри ковена немыслимое дело. Еще на подходе Вэньян услышал множественные девичьи крики, отнюдь не испуганные, так шумит ребятня на игровой площадке.
Открывая дверь, он уже догадывался, что увидит внутри. Дом для девочек.
До двенадцати лет дети вампиров жили с родителями, а затем, после первого укуса, их расселяли по таким вот домам — девочек отдельно, мальчиков отдельно.
Вэньян ради любопытства зашел в один из классов. Симпатичные вампирятки сидели прямо на полу, на цветастых циновках. Учительница — дородная матрона с трубкой в зубах, которую она прижала обломанным клыком, выпуская дым вещала: «Говорим быстро, задаем вопросы и постоянно дотрагиваемся до клиента. Раздражайте как можно больше коммуникационных каналов. Когда от входящего потока он на секунду зависнет, как определить это состояние мы проходили на прошлом уроке, вот здесь он ваш. Но не зевайте, зависание продолжается не больше нескольких секунд, у особо перегруженных с тугими мозгами и слабыми процессорами — до минуты. Вам нужно…»
Вэньян закрыл дверь, покинул здание, подошел к соседнему, как понял по крикам — это был дом для мальчиков. Зашел, позаглядывал в несколько классов, вышел, Минг покорно и молча двигался следом.
Наконец, их путь привел к выгребной яме. Собственно, Вэньян
в первую очередь стремился именно к ней, но он благоразумно не хотел показывать, что его на самом деле интересует. Минг по его знаку поднял массивный люк, запах шибанул такой, что пришлось убрать обоняние до минимума. Яма была заполнена до половины. Вэньян бросил вниз анализатор; те, кто занимался этим постоянно, могли просто плюнуть — наниты в слюне коннектились с нанитами в организме, передавая информацию, но анализатор тоже ничего. Перед глазами тут же поплыли данные: аммиак, бактерии, сероводород, какие-то удобрения, его интересовало совсем не это — вот, следы полидексина — сильнейшего пластификатора органики, и еще ВВК-12 и 17 — геномодификантов.
Вэньян жестом