Игры форов стр. 104
перевалочной станции аслундцев, Майлз, Грегор и Елена затаились в запертой кабине пилота. Танг и Мейхью отправились «посмотреть, что можно сделать», как выразился (довольно легкомысленно, по мнению Майлза) Танг. Майлз сидел и нервно грыз костяшки пальцев, пытаясь не вскакивать от каждого лязгающего звука или шипения роботов-погрузчиков, размещающих грузы для наемников по другую сторону переборки. Майлз с завистью заметил, что спокойный профиль Елены не дергался от каждого легкого шума. «Когда-то я ее любил. Кто она сейчас?»
И можно ли не влюбиться снова в эту новую личность? У него появилась возможность выбрать. Она казалась сильнее, высказывалась увереннее — это было хорошо, и в то же время у ее мыслей появился горький привкус. Плохо. Эта горечь доставляла ему боль.
— У тебя все было нормально? — нерешительно спросил он ее. — Ну, если оставить в стороне эту неразбериху со структурой командования. Танг хорошо к тебе относится? Он должен был стать твоим наставником. Дать тебе в реальной работе то обучение, что я проходил в классных комнатах…
— О, он хороший наставник. Пичкает меня военной информацией, тактикой, историей… Я теперь могу провести любую фазу боевого десантирования: материально-техническое обеспечение, топографическую съемку, атаку, отход, даже срочный взлет и аварийное приземление шаттла, если ты не против легкой встряски. Я почти уже могу в действительности выполнять обязанности, связанные с моим фиктивным званием, по крайней мере в том, что касается техники. Ему нравится учить.
— Мне показалось, что ты немного… напряженно с ним разговаривала.
Они кивнула:
— Сейчас все напряженно. Невозможно «оставить в стороне» эту неразбериху со структурой командования, спасибо. Хотя… Полагаю, я не вполне простила Танга за то, что он в этом деле оказался не безупречен. Я его таким считала, поначалу.
— Ну, да, нынче вокруг много всякого небезупречного происходит, — заметил Майлз, чувствуя себя неуютно. — Э-э… Как Баз?
Он хотел спросить: «Твой муж хорошо к тебе относится?» —
но не стал.
— Он в порядке, — ответила она, но выглядела не очень счастливо. — Однако удручен. Думаю, эта борьба за власть была для него чуждой, отталкивающей. В душе он технарь, он видит работу, которая должна быть сделана, и делает ее… Танг намекает, что если бы Баз не зарылся в технических делах, он мог бы предвидеть… предотвратить… сопротивляться перехвату командования, но я думаю, все было наоборот. Он не мог опуститься до того, чтобы бороться на уровне Оссера — вонзать кинжалы в спину, поэтому отступил туда, где можно было следовать своим стандартам честности… еще некоторое время. Этот заговор повлиял на боевой дух и командиров, и подчиненных.
— Я сожалею, — ответил Майлз.
— Надеюсь, что так, — ее голос сорвался, выровнялся, посуровел. — Баз чувствовал, что подвел тебя, но еще прежде ты подвел нас, когда не вернулся. Не ждал же ты, что мы вечно будем поддерживать эту иллюзию.
— Иллюзию? — переспросил Майлз. — Я знал… Знал, что это будет трудно, но я думал, вы… Сможете врасти в ваши роли. Сделаете этих наемников своими.
— Этого может быть достаточно для Танга. Я думала, может, этого будет достаточно и для меня, пока не дошло до смертей… Я ненавижу Барраяр, но лучше