Библиотека

Игры форов стр. 41

Размер шрифта
-
+
Тема

и прицелились. Серебристые, по форме напоминающие колокол морды нейробластеров заблестели в неровном свете, идущем из административного корпуса. Нервная волна прокатилась среди людей Бонна. Лицо самого Бонна было белым, как у призрака, а глаза его сверкали, как черный янтарь.

— Раздеться, — приказал Метцов сквозь зубы.

Недоверие, смятение… Только один или два техника поняли, что от них требовалось, и начали раздеваться. Другие, неуверенно переглядываясь, с опозданием последовали за ними.

— Когда вы снова будете готовы подчиняться приказам, — продолжил Метцов громким, как и положено на параде, голосом, который был слышен каждому, — вы можете одеться и начать работать. Все зависит от вас.

Он сделал шаг назад, кивнул своему сержанту и встал по стойке вольно. «Это их остудит», — пробормотал он себе под нос негромко, так что Майлз едва разобрал слова. Метцов выглядел так, будто он действительно ожидал пробыть здесь не более, чем пять минут. Он выглядел так, будто уже думал о теплом кабинете и горячем чае.

Олни и Паттас были среди техников, отметил Майлз, вместе с большинством остальных грекоговорящих специалистов, которые травили Майлза поначалу. С одними Майлз пересекался или разговаривал во время своего частного расследования подноготной утонувшего парня, других он едва знал. Пятнадцать голых мужчин, начавших сильно дрожать, в то время как сухой снег кружился вокруг их лодыжек. Пятнадцать ошеломленных лиц, понемногу начавших выражать ужас. Глаза, то и время обращающиеся на направленные в их сторону нейробластеры. «Сдавайтесь, — мысленно торопил их Майлз. — Оно того не стоит». Но больше чем одна пара глаз, бросив на него взгляд, сжималась в твердой решимости.

Майлз мысленно проклял неизвестного умника, который изобрел фетаин как оружие устрашения, и не за его способности химика, а за его знание барраярской психологии. Фетаин совершенно точно никогда не использовался, и никогда не будет использоваться. Любая группа, которая попыталась бы это сделать, восстала бы против самой себя и разорвалась бы в

моральных конвульсиях.

Яски, стоящий в стороне от своих людей, выглядел основательно напуганным. Бонн, выражение его лица было черным и острым, как обсидиан, начал снимать свои перчатки и парку.

«Нет, нет, нет! — закричал Майлз мысленно. — Если ты присоединишься к ним, они никогда не отступят. Они будут знать, что правы!»

Ошибка, большая ошибка… Бонн сбросил остальную одежду в кучу, шагнул вперед, присоединился к строю, развернулся и скрестил взгляд с Метцовым. Глаза Метцова сузились в новом приступе ярости.

— Так, — прошипел он. — Вы сами признали себя виновным. Значит, замерзайте.

Как все стало так плохо, и так быстро? Сейчас хорошо бы вспомнить о какой-нибудь работе в метеолаборатории и убраться отсюда к чертовой матери. Если бы только эти дрожащие ублюдки отступили, Майлзу удалось бы пройти через эту ночь без прокола в своем личном деле. У него здесь нет обязанностей, нет задачи…

Взгляд Метцова упал на Майлза:

— Форкосиган, вы либо берете оружие и приносите пользу, либо можете быть свободны.

Он мог бы уйти. Мог бы? Когда он не пошевелился, подошел сержант и сунул в его руку нейробластер. Майлз взял оружие, все еще пытаясь думать внезапно размякшими мозгами. Он, впрочем, был достаточно вменяем, чтобы убедиться, что предохранитель не снят, прежде чем направить

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.