Игры, в которые играют люди (книга 1) стр. 237
требует специального образования и опыта. Отличить игру от времяпрепровождения порой ничуть не легче, чем отличить звезду от планеты.
– Прим. автора.], что эйдетическое восприятие пробуждает привязанность, а чистосердечие мобилизует позитивные чувства. Известен даже такой феномен, как «односторонняя близость». С ним хорошо знакомы люди, умеющие пленять своих партнеров, оставаясь при этом невовлеченными. Человек добивается этого, поощряя собеседника смотреть ему в лицо, высказываться свободно и чистосердечно, в то время как соблазнитель (или соблазнительница) лишь делает вид, что их чувства взаимны.
«Близость», по существу, является функцией естественного ребенка, хотя и имеет сложную психологическую и социологическую основу. Она, как правило, не приводит к неприятностям, если не вмешивается какая-нибудь игра. Обычно близости угрожает стремление приспособиться к Родительскому влиянию. Маленькие дети (пока они не испорчены) в большинстве своем предстают существами любящими, а это и есть истинная природа близости.
Сознательно или неосознанно все родители с колыбели учат своих детей думать, чувствовать, воспринимать окружающий мир. Освободиться от этого влияния ребенку нелегко, поскольку оно обычно бывает глубоко укоренившимся. К тому же в первые два-три десятилетия жизни человека оно необходимо для биологического и социального выживания. Освобождение от родительского влияния становится возможным только тогда, когда человек достигает независимости, то есть приобретает умение жить «включенным» в настоящее, действовать спонтанно и достигать близости с другими людьми. Кроме того. в это время он уже свободен в выборе, то есть понимает, что именно из родительского наследия он хочет оставить себе. На ранних этапах жизни человек решает, как он намерен приспособиться к родительскому влиянию. Его адаптация представляет собой последовательность решении, и именно поэтому при благоприятных обстоятельствах решения бывают обратимыми. Причем ниспровержение никуда не бывает окончательным: непрерывная
борьба против возврата к старым привычкам чаще всего продолжается всю жизнь.
Некоторые счастливые люди обладают свойством, которое выходит за пределы всех классификаций поведения. Это свойство – «включенность» в настоящее. Другое их свойство, гораздо более важное, чем любое предварительное планирование, – спонтанность. У них есть нечто куда более ценное, чем игры, – близость. Но все эти три свойства для неподготовленных людей опасны. Может быть, им лучше оставаться такими, какие они есть, и искать решение своих проблем в популярных социальных методах, например в чувстве общности с другими людьми. Это может означать, что для многих представителей рода человеческого впереди прекрасные надежды и большие перспективы.
Из коллекции Алексея Кельмакова FidoNet 2:5050/13.59
2
Терминология и точка зрения автора в основном ориентированы на восприятие читателя, знакомого с психологией и психиатрией. Однако я надеюсь, книга будет интересна и полезна представителям различных профессий.
3
По–английски этот термин звучит recognition-hunger (голод по признанию) и вместе с тремя другими терминами – сенсорный голод, пищевой голод и структурный голод – образует систему параллельных терминов. – Здесь и далее прим. ред.
4
Терминология предложена автором. Смысловая нагрузка терминов рассматривается только с точки зрения различных форм общения между людьми.
5
Кьеркегор Серен (1813-1855) – датский философ.
6
Экзистенциальный (позднелат. exsistentia – существование) – употребляя этот термин, автор имеет в виду жизненную позицию пациента.
7
Фрейд, Зигмунд (1856-1939) – австрийский врач– психиатр и психолог – основатель психоанализа.
8
В оригинале книги автор использует терминологию 3. Фрейда, обозначая Я-концепцию – Эго. В советской психологии Я-концепция определяется как относительно устойчивая,