Или все, или... стр. 42
и, встретившись с ним взглядом, в который раз вздрогнула словно от удара током.
– Это было мое решение, – отчеканил он. Хок вообще редко вдавался в подробности, и это сделало его следующую фразу еще более неожиданной. – На солнце ваши волосы превращаются в живое пламя, вы это знаете? А глаза становятся темными, как ночное небо, хотя временами они имеют теплый янтарный оттенок. От кого вы унаследовали цвет волос и глаз от отца или от матери?
– Моя мать была светлой блондинкой, – настороженно ответила Джоанна. – По ее словам, у отца были рыжие волосы и карие глаза. Ей… ей не нравилось, что я пошла в него.
– Одна из причин, объясняющих детские дома? – спросил Хок спокойно. Он ни разу не упомянул об их разговоре в тот первый совместно проведенный вечер, и Джоанна надеялась, что он забыл о нем, как о чем-то неважном. Но сейчас осознала, что это было глупо: Хок Маллен ничего не забывает.
– Возможно. – Она пожала плечами и, опустив голову, хотела пройти мимо него, но он удержал ее, положив ей руки на плечи.
– Вы были очень несчастны в детстве? – тихонько спросил он. – Поэтому вы относитесь к людям с таким недоверием?
– Ничего подобного!
– Джоанна, когда девушка с вашей внешностью никак не найдет себе близкого друга, значит, с ней что-то не так, – сказал он твердо. Было ясно, что он намерен продолжать разговор.
– То же я могу сказать и о вас, – парировала она.
– Можете, но это не будет правдой. – До Джоанны не сразу дошел смысл его слов, но, когда она поняла, ее одновременно пронзила боль и опалила жесточайшая ревность. Хок тем временем продолжал: – Но это было очень давно… и речь сейчас идет не обо мне.
– И не обо мне, – огрызнулась она, крайне раздосадованная, пытаясь вывернуться из его сильных рук. – Я работаю у вас, Хок, вот и все, а моя частная жизнь принадлежит только мне – и прошлая, и настоящая.
– Гм. – Он улыбнулся улыбкой искусителя. – Я, кажется, попался в собственные силки. Но вы мне совсем не доверяете, моя огненная маленькая пуританочка.
Ей не понравилось, что он назвал ее пуританкой, и огненной тоже – это означало недостаток самообладания, но она хотела произвести на него вовсе не такое впечатление. Джоанна перевела дыхание, сосчитала до десяти и сказала сладким голосом:
– Я уверена, мистер Маллен, что как предприниматель вы заслуживаете всяческого доверия. – И быстро направилась к двери. – Может быть, мы принесем мои вещи?
Следуя за ней вниз по лестнице, он не переставал улыбаться. Заметив выражение его лица, она попыталась, хотя и тщетно, разозлиться снова – ведь другой защиты у нее не было. Такой, как сейчас, он был просто неотразим, и хотя она знала, что он виртуозно владеет техникой обольщения, ей было невмоготу противостоять его магнетизму.
– Я занесу ваши чемоданы и уйду, чтобы вы могли разобрать вещи, – сказал Хок, когда они спустились к машине. – Мне нужно позвонить в несколько мест.
– А я думала, мы собираемся ехать в издательство, – взволновалась Джоанна. – Вещи могут подождать.
– Рабочий день уже кончился. – И правда, на сквер быстро опускались мягкие серо-голубые сумерки, в воздухе чувствовался морозец. – Я позвоню и скажу Антуанетте, что вопрос с квартирой решен, затем сделаю свои звонки,