Именем Горна? стр. 17
толстячок, незаметно перейдя на «вы».
— Я видел, хорошая деревенька, очень уютная. Я бы тут поселился, но служба есть служба.
— Да, дела Братства превыше всего. Вот только…
— Что? — напрягся Эйдор.
— Штольня-то старая. Там небезопасно стало, то бишь. Сваи-то совсем прохудившиеся…
— Потому и посмотреть надо.
— Дело ваше, господин инспектор. Гумми не враг Анхору!
— Я прекрасно это понимаю.
— Проводничок-то нужен? Или сами пойдете?
— Не помешал бы. — Эйдор почувствовал, что у него портится настроение. Он очень не любил, когда в нем признавали инспектора, но врать-то тоже не стоило. Неправильно это. Узнав правду, народ сразу меняется. Гораздо приятнее работать инкогнито. — Только, Гумми, не надо рассказывать о том, что я с инспекцией, хорошо? Простой путешественник.
— Да конечно же, господин инспектор, да что я, враг, что ли? Конечно же не скажу!
— Эйдор, — поправил его юноша. — А?
— Меня Эйдором звать.
— О, простите, господин Эйдор…
— Ладно, — оборвал трактирщика юноша, прекрасно понимая, что не смолчит Гумми. Растрезвонит, и хорошо бы, если не на всю деревню. Очень хочется уюта и покоя, а не настороженных взглядов. Людей беспокоить грешно…
— Где бы мне смотрителя найти?
— А это мы мигом! Вон, Рыжий сидит играет! Он за штольней и следит! Эй, Рыжий!
Эйдор не успел остановить разговорчивого толстячка и теперь, смакуя эль, предоставил ситуации разрешаться самой.
— Че?
— Рыжий, вот, к нам гость приехал! С тобой хочет поговорить. Штольню посмотреть.
Плечистый игрок обернулся, скользнул по Эйдору веселым взглядом:
— Рисковое дело, завали тебя штольня. Там совсем тяжко ходить стало. Год-два — и рухнеть она, как пить дать рухнеть.
— Я столько проехал, — вмешался инспектор. — Готов рискнуть.
— Ха! Ты-то, может, и готов, — осклабился Рыжий. — Да чего говорить-та! Сходим мы к ней, но завтра. С утречка пораньше, мне все равно в тот край надо. Так чта с ранья и пойдем, идет? Но внутрь — ни-ни! Указ!
— Да, конечно же, спасибо большое!
— Эх, завали тебя штольня, но на Ледяного стоит глянуть! Я те точна говорю. Спасибо Братству, чта он на дне торчит, а не по Анхору бродить!
— Храм! — хмыкнул лысый, и Рыжий забыл про существование гостя:
— Как эта?
— Х-ха! Ну, Рыжий, значит, послезавтра дров мне поколешь! — Лысый довольно потер руки.
— Вот ведь дело, завали тебя штольня! И впрямь Храм! — громогласно возмутился раскладу карт плечистый. Кривозубый оскалился, хохотнул, хлопнул лысого по плечу.
— Ну не буду отвлекать, как откушаете — извольте ко мне, я комнатку
покажу. Хорошая комнатка! — Гумми поднялся с лавки и поспешил в подсобку.
Эйдор уткнулся в кружку, настроение было безнадежно испорчено, хотя чем Подземные не шутят, вдруг да смолчит трактирщик?
Комната и вправду оказалась хорошей: в меру просторная, уютная. От окна не веяло привычным холодом, как во многих постоялых дворах, на нем красовались редкие для таверн занавески. Перед лежанкой на полу аккуратно постелен чистый коврик. У двери примостился стул с изогнутой спинкой и мягкой подушкой на сиденье. Устроившись на таком подарке судьбы, Эйдор задумался.
О плачевном состоянии штольни он знал, все-таки почти триста лет минуло с тех пор, как в ней зачаровали