Имитатор стр. 202
улице, – тут же заговорила она сама с собой. – Но Марсонини всегда брал с собой на дело бластер или парализатор, значит, и Ренквист возьмет с собой бластер или парализатор. Если он доберется до оружия и начнет пальбу… какой-нибудь припозднившийся идиот может оказаться под огнем. Или попасть в заложники. Лучше захватить его внутри. Там все под контролем, бежать некуда, никакого риска для штатских. Чистое дело. Брать надо внутри. – Ева оглянулась и пожала плечами, убедившись, что незаметно для себя прошла сквозь двери стенного шкафа в голографической спальне. – Извини.
– Без проблем. Ты беспокоишься, потому что Пибоди будет лежать в этой постели у него на виду.
– Она сумеет себя защитить.
– Да, сумеет, но ты все-таки беспокоишься за нее. Так пойми же и меня: у меня тоже есть повод для беспокойства. Поэтому я тебя прошу: позволь мне принять участие в операции. Ева демонстративно изогнула бровь:
– Просишь? Меня? Почему бы тебе просто не пойти к твоему другану Джеку или к твоему корешу Райану?
– Стараюсь учиться на своих ошибках.
– Стараешься?
– Я должен быть там по нескольким причинам, и вот одна из них: для тебя это стало личным делом, а личные чувства всегда все осложняют.
Она повернула назад.
– Конец голографической программы. Погасить экраны.
На ее столе стоял остывший кофе. Ева взяла чашку, поставила ее обратно на стол и невольно потянулась к статуэтке богини, которую подарила ей мать Пибоди.
– Дело не в этих письмах. В личном плане они, конечно, раздражают, зато в профессиональном они мне очень даже помогли. И не в том дело, что он наметил меня своей последней жертвой. Это-то как раз в порядке вещей. И даже не в том, что он кровожадный, заносчивый, извращенный сукин сын. Такие тоже попадаются на каждом шагу. Все дело в Марлин Кокс на больничной койке. Вот она уже там, за чертой, но пытается вернуться. А ее мать сидит рядом и силой воли пытается
ее вернуть. Сидит рядом с дочкой, читает ей книжки, держит ее за руку. И надеется – не может расстаться с надеждой, потому что любит… ну, я не знаю… больше всех на свете. – Ева поставила статуэтку на стол. – Ее мать смотрела на меня с такой непоколебимой верой в то, что я восстановлю справедливость. В моей профессии почти всегда выходит так, что восстанавливать справедливость приходится для мертвых. Но Марлин выжила. Вот почему для меня это личное. И ты прав: личные чувства всегда все осложняют.
– Ты можешь меня использовать?
– Такого ловкача, как ты? Почему бы и нет? Давай подкину тебя до управления. Поступаешь в распоряжение капитана Фини, отдел электронного сыска.
В Центральном управлении Ева первым делом приказала привести Памелу Ренквист в комнату для допросов. Высокооплачиваемые адвокаты Ренквиста уже работали над ее освобождением. Ева понимала, что ей неслыханно повезет, если удастся задержать эту женщину хотя бы на двенадцать часов.
Памела вошла в комнату без адвоката, но в своей одежде, а не в тюремной робе. «Небось использовала весь свой ресурс, – подумала Ева. – Что ж, каждый выбирает, что для него важнее». И она жестом пригласила задержанную сесть.
– Я согласилась поговорить с вами наедине, потому что не стоит тратить на вас время моих адвокатов. – Памела села, аккуратно