Индустриальная магия стр. 140
поудобнее устроился на сиденье и начал щелкать пальцами.
– В чем дело, Аарон? – вздохнула Кассандра.
– М-м-м?
– Когда ты этим занимаешься, – она кивнула на его руки, – это означает, что тебя что-то сильно беспокоит. Что именно?
Он прекратил щелкать и посмотрел на меня.
– «Крепостной вал». Он давно стал проблемой – пусть не самой масштабной, но заставляющей вспомнить кое о чем масштабном. О Межрасовом Совете. Я знаю, что у вас есть Кассандра, но, может, вы возьмете другого вампира…
– Что? – прошипела Кассандра.
– О, успокойся. Я хотел сказать – второго вампира, который будет ставить на обсуждение то, что нас беспокоит, как, например, «Крепостной вал». Делегатом могу стать я, но если найдется кандидатура получше, будет хорошо. Наше сообщество слишком мало, чтобы иметь собственный орган управления, но эту роль раньше выполнял Совет…
– Раньше? – переспросила Кассандра. – Если кого-то что-то беспокоит, я представляю это на рассмотрение Совета.
Аарон встретился с ней взглядом.
– Кассандра, ты не делаешь этого много лет. Десятилетий. Ты не… Ты больше не являешься частью чего бы то ни было. Ты оторвана от действительности.
– Оторвана от действительности?
– Я не собираюсь осложнять тебе жизнь, даже наоборот. Поэтому и напоминаю: в Совете всегда было два делегата-вампира, один – омбудсмен, второй – запасной, и не без причины. Теперь, когда Лоуренса нет, ты взяла на себя, его обязанности. Но кто-то должен выполнять твои. Разве нет?
Когда Кассандра не ответила, он коснулся ее локтя, но она отдернула руку.
– Я не оторвана от действительности, – заявила Кассандра.
Аарон вздохнул и посмотрел на меня.
– Подумай об этом, – сказал он.
Я кивнула. Мы допили пиво и уехали.
ВАМПИРЫ НОВОГО ОРЛЕАНА
Я переложила телефон к другому уху и прошла в более спокойный угол аэропорта.
– Наш самолет на Новый Орлеан вылетает через час, поэтому я останусь там ночевать.
– Вероятно, мне следовало поехать с тобой, – сказал Лукас. – Тут я мало чего добился. Сегодня во второй половине дня отец созвал совещание Кабал-кланов, но утверждает, что никто не помнит никаких дел с вампирами. Конечно, это нелепо и противоречит здравому смыслу. Даже если никакие вампиры к ним и не обращались, в процессе ведения дел они должны были встречаться хотя бы раз или два. Или они считают меня дураком, или не утруждают себя более творческим подходом ко лжи. Я выругалась.
– Ты, верно, выразила мои чувства. Правда, отец все-таки признал один недавний контакт Кабал-клана Кортесов с вампиром. Какой-то вампир пытался договориться о встрече с ним в июле. Конечно, в этой просьбе ему отказали, и дело на том закончилось.
– А о чем тот вампир хотел говорить с твоим отцом?
– Никто не потрудился спросить. Узнав, что звонит вампир, сотрудники больше не захотели ничего слушать. Ни причину, ни имя, ничего. И хотя мне очень хочется думать, что отец что-то скрывает, должен признать: сотрудники Кабал-кланов приучены именно так разговаривать с вампирами.
– Можно, я опять выругаюсь? Когда это дело закончится, нам никогда больше не придется работать с этими милыми людьми?
– Даю слово. Но, может, от всего этого и будет польза. Вдруг мне удастся убедить тебя присоединиться ко мне в работе против Кабал-кланов.
– Я всегда готова помочь. Тебе следовало попросить.
На другом конце воцарилось молчание. У моего плеча возникла Кассандра
и