Иней поздним летом стр. 19
маленькие солнца танцевали острыми жаркими лучами.
Застыли.
От неожиданности застыла и невидимая зрительница. Хлопнула глазами, когда ножи и шары дрогнули. Вскочила на ноги и громко закричала, когда они стремительно полетели вниз.
А потом увидела, что, пока маленькие солнца скатываются с широкой груди, острые лучи замерли в каком-то сантиметре от одежды Дерика.
Инна затопала ногами и еще раз закричала, выпуская напряжение от внезапного приступа страха. Парень позволил ножам свалиться рядом с ним в траву и громко захохотал. Счастливым смехом.
Так стали возвращаться отрывки из давно закончившегося фильма. Отдельными сценами. Вплоть до той самой, после которой их не стало. Когда Инна закрыла им путь. Согласилась на предложение Вадима. Вышла замуж. У нее росли двое замечательных детей.
Воспоминания не только возвращались, они разбавлялись непонятной тоской, дополнялись вопросами, превращались в спрятанные под маской любопытства желания. Пока однажды в переполненном автобусе, по дороге из садика на работу, сжатая со всех сторон людьми в демисезонных пальто (в город робко начинала заглядывать весна), Инна снова не отправилась в «путешествие».
Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что темнота плохо освещенного автобуса превратилась в полумрак огромного собора (сразу стало ясно, что это не простой собор, а очень и очень важный, как, например, недавно восстановленный в Москве), и что окружавшие ее люди одеты не в теплые и бесформенные одежды, а в строгие костюмы и изысканные платья.
Инна оказалась в первом ряду среди гостей какого-то торжественного события. Как и прежде, ее не замечали. Как и прежде, она ничего не слышала. Ей пришлось зажмуриться от неожиданности, а потом, открыв глаза, Инна догадалась, что попала на свадебную церемонию.
Незнакомой хорошенькой девушки и Дерика О’Брайена.
Незримой и незваной гостье понадобилось несколько мгновений для осознания увиденного. Сначала появилась мысль, что это не первая свадьба Дерика, вслед за ней – уверенность, что в подобном соборе судьбы людей не соединяются несколько раз. Потом среди гостей нашлась та самая, похожая на Инну молодая женщина, которая уже годы должна была быть женой О’Брайена! Только она стояла под руку с незнакомым мужчиной и, улыбаясь время от времени своему спутнику, с интересом следила за церемонией.
Но как же… Дерик?
Сколько было ему лет? Тридцать?
Годы, как умелый скульптор, отточили и отшлифовали внешность мужчины, сделав его еще привлекательней. Лицо стало строже, отчетливее проступали линии скул, и еще сильнее выделялись серые глаза, в которых в этот момент не было синевы. Все такой же прямой была спина, напряженность которой всегда выдавала упрямство характера. В сумраке собора О’Брайен выглядел очень загорелым, как путешественник, только что вернувшийся из жарких стран.
Когда к нему повернулся служитель и прозвучал вопрос (немой для Инны, он был, тем не менее, понятным), Дерик не ответил. Опустив голову, он словно к чему-то прислушивался. Хотя после подобного вопроса многие прислушиваются к себе. Или не слышат ничего, объятые отчаянным волнением, как Инна на собственной свадьбе. Дерик молчал. В затянувшейся, ставшей всем очевидной, паузе взгляд Инны метался по лицам гостей, пока не замер на родителях О’Брайена, и она разглядела в их глазах тревогу. Когда эта тревога исчезла, Инна поняла, что ответ «Да» прозвучал. И если у нее еще оставались сомнения, первая ли это свадьба Дерика, они развеялись.
Инна