Инопланетяне стр. 5
Катька тут же прискакала.
— Нет, ты скажи! Какие они?
Катька верила в пришельцев свято, как в ангелов. Как-то мать ей сказала: «Мне бы тебя за фирму отдать, уедешь в Фээрге, будешь на мерседесе». А Катька совершенно серьезно сказала: «Лучше за инопланетянина. Мне на Марс хочется». Для Катьки, чем дальше от дома, тем больше дают в магазинах.
— Как вши, — сказал Доник. — Кем мне быть. Как тараканы.
— Ну, ты даешь, — обиделась Катька. — Ну, даешь! А я думала, что в самом деле.
Катька стала разбирать свою постель, потому что ей надо было рано вставать — до техникума почти час ехать.
Прежде чем раздеться,
Катька принесла коробку с синими туфлями, которые она достала позавчера и еще не насмотрелась. У нее есть привычка — сначала новой хорошей вещью надо любоваться, а потом, когда налюбуешься, можно пользоваться. Катька придвинула стул к кровати и поставила на него коробку с туфлями. Коробка, видно, нужна была, чтобы не сомневаться, что туфли новые. Донику было смешно, но вообще-то он к такому чудачеству привык.
— Мне интересно, — сказал он, — куда ты поставишь тачку, если ее купишь?
— Я в ней буду спать, — ответила Катька, у которой нет чувства юмора.
Катька разделась, не обращая внимания на Доника. Ему не всегда было приятно, что она не обращает на него внимания, что она его совсем не стесняется — значит, он для нее дитя малое. В комнату заглянула мать, о чем-то стала шептаться с Катькой, но Доник, конечно, не прислушивался. Он достал из-под диванчика общую тетрадь, в которой вел дневник. Он старался не пропустить ни дня, потому что когда-нибудь потом это может представлять интерес для истории. Но ручка куда-то закатилась. Он спросил Катьку, может, она брала его ручку? Катька озлилась, сказала, что у нее своя, фирменная, она ее даст, но чтобы вернул, а то ему ничего доверить нельзя.
Ручка была хорошая. Катька пошла мыться, слышно было, как она собачится в коридоре с Салимой, которая не хочет уступать ванную, потом в спор включился низкий прерывистый астматический голос Абрамыча. Видно, его тоже тянуло в ванную.
Доник записывал события вечера, и ему хотелось спать.
До конца он записать не смог, его сморил сон. Пришла Катька, растолкала — велела идти в ванную, не спать же одетым. Ручку она отобрала.
Когда утром Доник проснулся, Катька уже умчалась в техникум. Время до школы еще было. Умывшись и одевшись, Доник пошел в другую комнату, там бабушка уже приготовила завтрак.
— У сестер Волковых собака нашлась, — сказала бабушка.
— Собаки находят свой дом за сотни километров, — сказал Доник. — Я читал. У Джека Лондона.
— Я тоже читала, — сказала бабушка. Она была самой начитанной в семье. — Только Волковы никогда ее со двора не отпускали.
До выхода оставалось время, Доник вспомнил, что не сделал геометрию.
Он достал тетрадь, бабушка сидела напротив и любовалась им. Любой бабушке приятно иметь умного внука.
— Тебе очки не надо менять? — спросила она у Доника. — Может, слабые?
— Не надо, — сказал Доник. Ручка была хорошая, фирменная. Доник сообразил, что ручка — Катькина. Неужели она расщедрилась и оставила ручку брату? Этого с ней еще не случалось.
Сделав геометрию, Доник пошел к себе в комнату, собираться. Любимые ненадеванные синие