Интегральные деревья стр. 15
было. Ее неуклюжесть снискала ей нежеланную славу. В этом она винила Харпа, рассказчика, и не без основания: история про загон для индеек пользовалась популярностью, и он помнил еще одну, касающуюся алого шрама, который бежал по ее левой ноге. Этот шрам она приобрела еще тогда, когда выполняла обязанности кухарки.
Ненависть в глазах Альфина напомнила о том времени, когда Глория врезала ему по уху балкой из древесины ветви, но еще больше это свидетельствовало о склонности Альфина копить старые обиды. Садовник, мусорщик, похоронный распорядитель… Он не был охотником, а уж тем более исследователем, однако же и он был тут. Не удивительно, что он выглядит растерянным.
Глория сидела скрестив ноги, опустив глаза. Альфин разглядывал ее с растущей ненавистью. Застывшая в неподвижности Меррил казалась расслабленной, Джиован что-то бормотал себе под нос.
И это его компаньоны? Желудок Гэввинга сжался в агонии вокруг остатков гриба.
Затем в Общинные быстро вступил Клэйв, по обе стороны от него шли две молодые женщины. Он огляделся с таким видом, точно ему понравилось увиденное.
Это правда. Клэйв тоже шел с ними. Они наблюдали, как он поддевает ногой багаж, кивает, кивает.
— Хорошо! — энергично сказал Клэйв и еще раз оглядел ожидающих его спутников. — Мы должны нести весь этот древесный корм на себе. Можете поделить его между собой. Возможно, вы предпочтете нести его на спине, связав тросами, но выбор за вами. Потеряете свою ношу — отправитесь домой одни.
Гриб перестал ворочаться в желудке у Гэввинга: Клэйв был идеальным охотником — длинным и тощим, два с половиной метра костей и мышц. Он мог поднять в воздух взрослого мужчину, охватив его голову пальцами одной руки, а длинные пальцы ног могли так же ловко швырять камни, как руки Гэввинга. Его напарницами были Джайан и Джинни, двойняшки, темноволосые и хорошенькие дочери Мартал и давно умершего охотника. Без всяких приказов они начали складывать оборудование в мешки. Остальные придвинулись, чтобы помочь.
Альфин сказал:
— Я так понимаю, что ты наш вождь?
— Верно.
— И что мы будем делать со всем этим?
— Мы пойдем вверх по стволу. Нам придется обновить отметки племени Квинна. Мы будем идти, пока не найдем что-нибудь, что поможет спасти племя. Может, это будет еда…
— На голом стволе?
Клэйв оглядел его.
— Мы проводим всю нашу жизнь на двух километрах ветви. Ученый сказал мне, что ствол достигает в длину сотню километров. А может, и больше. Мы не знаем, что там есть. Но в чем бы мы ни нуждались, здесь этого нет.
— Ты же знаешь, почему мы идем. Нас просто вышвыривают, — буркнул Альфин. — На девять ртов меньше, и ты погляди, кто…
Клэйв оборвал его. Он мог бы перекричать громовой раскат, если бы захотел.
— Хочешь остаться, Альфин? — Он подождал, но Альфин не ответил. — Тогда оставайся. Объяснишь всем, почему ты не пошел.
— Я иду, — пробормотал Альфин почти неслышно.
Клэйв не угрожал ему, да этого и не требовалось. Все уже было решено. Того, кто не захотел бы идти, осудили бы как мятежника.
Однако и это не имело значения. Если Клэйв шел, то, значит, Альфин ошибался, и желудок Гэввинга ошибался тоже. Они найдут то, в чем нуждается племя, и они вернутся. Гэввинг присел, чтобы упаковать свой мешок.