Исцеление чувств стр. 10
Помните историю Генри Форда и Чарли Штейнмеца? Штейнмец был карликом, уродливым калекой, но обладал выдающимися способностями в области электротехники. Он построил мощные генераторы для первого завода Генри Форда в Америке. Однажды эти генераторы вышли из строя, и завод встал. Пригласили обычных механиков и ассистентов, но они не смогли ничего сделать. Завод терпел убытки. Тогда Форд позвонил Штейнмецу. Гений приехал, в течение нескольких часов, как всем показалось, покрутился около генераторов и включил рубильник: завод великого Форда снова заработал.
Через несколько дней Генри Форд получил от Штейнмеца счет на 10 000 долларов. Форд был очень богатым человеком, но отправил счет назад с пометкой: «Чарли, не слишком ли велик счет за те несколько часов, в течение которых ты слегка подремонтировал моторы?»
Штейнмец вернул счет Форду. На этот раз к нему была приложена записка: «За то, что слегка подремонтировал моторы: 10$. За то, что знал, где слегка подремонтировать: 9 990$. Итого: 10 000$».
Генри Форд оплатил счет.
Дух Светой знает, где подремонтировать. Мы же не знаем, за что должны молиться. Очень часто мы просим и не получаем, потому что просим не о том. Читая главы этой книги, просите Святого Духа показать вам все, что вы должны знать о себе, и затем направить вас в ваших молитвах.
В один воскресный вечер 1966 года я читал проповедь под названием «Святой Дух и исцеление от эмоциональных расстройств». Это был мой первый опыт подобного рода. Я убежден, что меня сподобил на это Бог, иначе у меня никогда не хватило
бы храбрости вести разговор на такую тему. То, о чем я рассказывал в тот вечер — об исцелении памяти и расстроенных чувств, — теперь хорошо известно. Тема описана во множестве книг. Но в те времена об этом было не принято говорить.
Поднявшись на кафедру, я оглядел сидящих передо мной прихожан и увидел почтенного старца, доктора Смита, своего хорошего знакомого. Когда мы с женой Хелен узнали, что я назначен пастором, у каждого из нас в памяти всплыли лица нескольких уже немолодых людей, и на душе стало тревожно. Одним из них было лицо доктора Смита: я все время думал, как буду окормлять