Исчезнувший сенатор стр. 106
цвета были его шелковая спортивная рубашка и брюки.
— Привет, Стайлс, — сказал он.
Питер кивнул.
— Как ваша жена? — спросил чернокожий визитер.
В свое время Грейс, жена Питера, работала в самом центре готового взорваться Гарлема; в том году стояли жаркие летние дни, опасные своей влажной духотой.
— Вы знаете Грейс? — удивился Питер.
— В противном случае я бы здесь не сидел, — сказал его визави. — Меня зовут Рокки Джексон. Насколько я понимаю, ваша жена в Пакистане.
— Да.
Незнакомец улыбнулся:
— Вам не стоило так надолго отпускать ее. Слишком многие считают ее очень привлекательной женщиной.
Питер почувствовал, как у него дернулась мышца на скуле.
— Вы явились сюда побеседовать о Грейс?
— Нет, — ответил Джексон. — Но я хочу, чтобы вы поняли, почему я изъявил желание помочь вам. Я в долгу перед Грейс Майнафи — так ее звали, когда я познакомился с ней, — еще с той поры, когда вас не было и в помине. И многие из моих соплеменников в долгу перед ней.
— Если бы Грейс была здесь, чтобы поручиться за вас, я бы больше ни о чем не просил.
— Она бы поручилась, — сказал Джексон.
Из нагрудного кармана черной рубашки он вынул сигареты. Питер щелкнул зажигалкой.
— Как любезно, — усмехнулся Джексон. В голосе его звучала горечь. — Перейду к сути дела, приятель. Я пришел бы на помощь Грейс Майнафи, стоило ей попросить меня, но ты — ее парень, и тебе нужна помощь. Ты разыскиваешь Лауру Ллойд и ее малыша, а также газетчика Тима Салливана. Так?
— Да.
— Только не подгоняй меня, приятель, ибо я тебе выдам прямо и откровенно — я не знаю, где они.
— В таком случае…
— Я же сказал, чтобы ты не подгонял меня. — Рокки Джексон глубоко затянулся и сделал длинный хриплый выдох. — Понимаю, тебя это волнует, приятель, но мне-то спешить некуда. Разреши заверить тебя, что я спешу лишь тогда, когда это необходимо.
— Тот молодой человек, который послал меня сюда на встречу с тобой…
— Твоя подружка в комиссии могла бы рассказать о нем. Его зовут Майк Конти. Относительно приличный парень. Он родом из нового мира и не хочет подчиняться гнусным порядкам прежнего мира. Он довольно много знает, но держит язык за зубами, пока ему и его поколению не придет день сказать свое слово.
— Он как-то связан с тобой?
— Майк будет отрицать любую связь, — заверил его Джексон. Лучи солнца, пробиваясь сквозь грязные витрины, поблескивали в стеклах его очков. — Здесь еще хватает людей, которые не хотят иметь дело с «любимчиками ниггеров». — Он засмеялся. — И если я терплю их, то лишь потому, что жду слова. Не хочешь ли поменяться со мной местами? Я бы предпочел держать в поле зрения дверь с улицы.
Меняясь местами с Джексоном, Питер с трудом сдерживал нетерпение, которое вот-вот должно было прорваться. Инстинкт подсказывал ему, что, если не подгонять собеседника, он в самом деле может сказать что-то важное. Так что Питер продолжал молча ждать, крутя в пальцах так и не зажженную сигарету.
— Мы живем в сумасшедшее время, мир катится к анархии, — проговорил Джексон. — И одно насилие влечет за собой целую цепь насильственных действий.
— Сегодняшним утром мне довелось говорить об этом, — сказал Питер. У него был хриплый голос. — А позже другой