Искатель. 1967. Выпуск №6 стр. 62
соответственно повышается значение подчиненного вам объекта. Поэтому господин рейхсфюрер СС Гиммлер отдал распоряжение направить к вам специального уполномоченного СС. Прошу не воспринимать это как какой-то акт недоверия: такие же уполномоченные выезжают и на другие ключевые объекты. Перед ними поставлена задача обеспечить совместно с руководителями объектов максимальное выполнение всех разработок и подготовку в кратчайшие сроки технической документации для производства. Вполне естественно, что им вменяется в обязанность добиться абсолютного сохранения секретности работ…
Уже под вечер, перекусив в одном небольшом итальянском ресторанчике, который он всегда посещал во время приездов в Вену, Шисль возвращался к себе домой и только теперь наконец-то вспомнил, что же ему так не понравилось в беседе с Корнмайером. Да, тот сказал: «Подчиненный вам объект», а следовало бы говорить: «Ваш объект, ваше предприятие». Ведь Шисль уже пять лет был его собственником, владельцем. Конечно, он выполняет исключительно важные заказы. Ему вне очереди и конкуренции выделяют стратегически важное сырье и рабочую силу из лагерей. Его старые проверенные кадры освобождены от службы в армии, не нюхали фронтового пороха. В конструкторском отделе у него оставили даже одного инженера, бабка которого была еврейкой. Все это ясно говорит о том, насколько он и его объект важны для рейха и фюрера. И все-таки он — хозяин, владелец! Корнмайеру не стоило бы это забывать.
Сама весть о приезде уполномоченного СС не очень взволновала Шисля. На своем веку он их повидал достаточно. Обычно приезжали или «альте кэмпфер» — «старые бойцы», вступившие в нацистскую партию еще до 1933 года, или сынки высокопоставленных родителей, которые примазывались к секретной программе, чтобы не идти на фронт. И те и другие ограничивались тем, что перечитывали личные дела персонала, допущенного к секретным работам, вызывали к себе на беседу несчастного инженера, чья бабка была еврейкой, в коридорах бросали жадные взгляды на молоденьких чертежниц и, наконец, перед отъездом охотно соглашались на приглашение Шисля отправиться в какое-нибудь «уютное местечко».
Всех уполномоченных, контролеров и проверяющих, партийных бонз и функционеров из имперского «рабочего фронта» Шисль обычно возил в ресторанчик на самом верху горы Шнееберг. Оставив автомашину у подножья горы, они в маленьком вагончике, неторопливо карабкавшемся по зубчатой железной дороге, поднимались на вершину Шнееберга. Как правило, Шисль возил туда своих нахлебников в будние дни. В ресторанчике бывало пусто, и его хозяин, не опасаясь постороннего глаза, предлагал своим гостям невиданное по военным временам меню.
Официантки — крестьянские девушки, одетые в деревенские платья «дирндль» с цветастыми фартуками, молча ставили на стол холодную буженину, маринованный лук и соленые корнишоны, тарелки с тонко нарезанной венгерской колбасой «салями». Все это сдабривалось отличным сухим вином «Флохаксн». И наконец, сам хозяин с таинственным видом приносил поднос с цыплятами, зажаренными на вертеле.
Отощавшие на берлинских пайках гости Шисля приходили в восторг, расхваливали умение хозяина ресторанчика и гостеприимство Шисля и для видимости порывались лезть в карман, чтобы расплатиться. Шисль успокоительно делал жест рукой, и гости уезжали в Берлин с сознанием выполненного долга и с приятными воспоминаниями о горе Шнееберг.
Вернувшись на объект, Шисль собрал к себе в кабинет всех руководителей производства — научного консультанта доктора Гржимека, ведущего инженера Петерса, начальников лабораторий, коменданта охраны и начальника секретной части Штумпфа. Директор Шисль вкратце