Искусство обольщения обнаженного оборотня стр. 10
быть бабским угодником не так уж и плохо.
– Фу.
– Полагаю, Мо рассказала тебе о докторе Тэтчере?
Моё едва зарождавшееся хорошее настроение рассеялось, как пар, идущий от пахтового печенья Мо.
– Этот парень – проблема, Куп. Он уже пришёл к выводу, что мы существуем. А сейчас просто пытается подтвердить свою теорию о «структуре стаи» и «ритуалах спаривания» для какой-то «новаторской» книги, над которой работает. Только то, что он действительно использовал выражение «ритуалы спаривания», вызывает у меня желание засадить ему в челюсть.
– Так это же твоё фирменное решение почти всех проблем, – сухо заметил Купер.
– И до сих пор оно помогало мне со всем справляться, – фыркнула я, схватив несколько картофельных ломтиков с тарелки Купера. Жуя их, я оглядывала комнату. – Вероятно, он какой-нибудь там сорокалетний девственник, который живёт в подвале своей мамочки и ласкает себя во время просмотра фильма «Вой» .
– Слушай, Мэгс, я не больше тебя рад его присутствию. Но думаю, тут необходим более тонкий подход, нежели твоё обычное «сначала укуси, потом снова укуси и продолжай кусать до тех пор, пока хлещущая отовсюду кровь не отвлечёт их от разглагольствований».
– От добра добра не ищут! – парировала удар я. – Так где же этот неудачник?
Я внимательно осмотрела столовую, задержав взгляд на облачённой в клетчатый наряд фигуре, склонившейся над блокнотом. Я замерла, не прожевав чипсину до конца. «Приве-е-ет, вкусненький пирожочек». Он был похож на викинга с тех старых картинок из учебников истории. Пшеничного цвета волосы были слегка длинноваты. Светлая эспаньолка окружала изогнутый в улыбке рот. Голубые глаза, такие яркие, что через всю комнату я могла заметить узкое тёмно-синее кольцо вокруг радужной оболочки. Я, считай, слышала бушующий океан, когда смотрела в них. Волевой подбородок, впалые щёки, высокие скулы. Губы, которые в данный момент он покусывал, сосредоточенно царапая что-то в блокноте.
А когда он надел маленькие очки в металлической оправе, я начала пускать слюни. Они буквально потекли из уголка моего рта.
– А мамочке нравится, – заскулила я, когда Мо зашла за барную стойку. Я тихонько зарычала, когда шлюховатая официантка Линетт подкатила к его столу и начала флиртовать. Она засмеялась и откинула волосы в сторону, словно умоляя его трахнуть её между сисек, вымазанных кленовым сиропом. – Кто это и чем мне придётся пригрозить Линетт, чтобы она держала свою вонючую задницу подальше от него?
Мо усмехнулась, глядя на меня. И тут в моей голове всё встало на свои места.
– Это и есть неудачник, да? – простонала я на радость золовке.
– Плати давай! – радостно сказала она
моему брату, который неохотно протянул ей доллар. Она довольно мне улыбнулась, засовывая купюру в карман испачканного голубого передника. – Я поспорила с Купером на бакс, что ты выделишь его из толпы, как только увидишь. Вы, Грэхемы, питаете слабость к чужакам. Мы тот запретный плод, который вы жаждете укусить. Взгляни правде в глаза, признай сексуальность этого незнакомца и иди дальше.
Несколько местных жителей ошарашенно наблюдали, как Мо станцевала победный танец шимми за барной стойкой. Руки Купера снова потянулись к ушам Евы, когда я, сузив глаза, посмотрела на его жену.
– Это было низко, Мо. Я думала, этот парень заставил тебя понервничать.
– Но