Искусство обольщения обнаженного оборотня стр. 109
того, как я доказал бы миру, что не сошел с ума. Но твоя семья, по большей части, вела себя добрее ко мне, чем вырастившие меня люди. Я не могу разоблачить их. Не могу подвергнуть их опасности. Нельзя так поступать с теми, кто проявил к тебе доброту.
– Тогда зачем это делать?
– По мнению твоего деда у меня не много полезных навыков. Я полагал, что это единственное, что для него могу сделать именно я, а не кто-то другой. Я хотел показать ему, что у меня серьезные намерения по отношению к тебе. И хотел показать тебе, как сильно люблю тебя. А это так, – сказал он. – Даже если ты еще не знаешь, любишь ли меня. Мне все равно, человек ты, оборотень или йети, я люблю тебя.
Огромный поток тепла и любви пронесся в моей груди, чуть не заставив меня упасть на колени. То, что нужно. У меня наступил момент кристальной ясности и понимания, что я тоже люблю его. Все, что находилось за пределами нас двоих, казалось своего рода размытым и несущественным. Я никогда не буду счастлива без него. Никогда не захочу кого-то другого. Я скользнула руками по его груди, чтобы удержать равновесие и бессвязно пробормотала:
– Н-ну, это просто…
Я схватила его за лацканы и прижалась губами к его рту. Ник что-то промурлыкал и зарылся пальцами в мои волосы, притягивая меня ближе к себе. Я подтолкнула его к двери спальни. Он повернул голову, чтобы посмотреть, куда я его веду, и поднял брови.
Я сняла с его плеч пиджак и расстегнула рубашку, пока он возился с моими пуговицами. Стянула с себя рубашку и перебросила его ремень через плечо, скользнув рукой под пояс его брюк. Ник взял меня на руки и понес в свою спальню, к постели.
– Ты уверена? – спросил он, взяв меня за подбородок и нависая надо мной. Я выгнула брови, опустив глаза и всматриваясь в мужественный орган, который сжимала в руке. Он рассмеялся. – Тогда хорошо.
У меня не было времени нервничать. Я не знала, какие будут ощущения, но это не могло быть плохо. У оборотней здоровое отношение к сексу. Черт, да секс являлся основным видом деятельности в долине в зимнее время года. Именно из-за него весной у нас рождалось так много детей.
Дети.
Отодвинувшись от него, я свесилась с матраса и дотянулась до прикроватной тумбочки. Ник покусывал мою спину вдоль изгиба позвоночника и ухватился зубами за бедро, пока я выуживала из ящика длинную ленту скрепленных между собой презервативов. Я повернулась назад к нему, одарив его испытующим взглядом. Он смущенно улыбнулся.
– Я надеялся на многое.
Я рассмеялась и помогла ему снять брюки. Ник направлял мои руки, когда мы вместе надевали презерватив. Я ожидала, что он, ну, приступит прямо к делу. Но он толкнул меня обратно на матрас и стал покрывать поцелуями мое тело, направляясь вниз и взбудораживая все те места, которые я любила больше всего: ложбинку между грудями, впадину пупка. Его пальцы уже находились глубоко внутри меня, растягивая и дразня мою плоть, пока его большой палец вырисовывал маленькие круги вокруг моего клитора. Губы Ника сомкнулись на моем соске, а язык ласкал и