Искусство обольщения обнаженного оборотня стр. 113
чтобы женщины в стае носили их.
Я улыбнулась и поразилась тому, насколько легко я приняла эту мысль после целой жизни постоянных насмешек над счастливыми семейными парами. И опять же, помолвка – это что-то вроде столкновения на дороге в сравнении с пожизненной связью через укус на заднице.
– При обращении кольца легко соскальзывают, – сказала я ему. – Большинство из нас делают татуировку на пальце. Но если для тебя это слишком, то некоторые женщины принимают ожерелья в знак помолвки. Цепочка должна быть прочной и довольно длинной, чтобы носить её на шее в любой форме.
Он усмехнулся.
– Ты этого хочешь?
– Я не в особом восторге от иголок. – Я пошевелила бровями. – Мне нравятся цветные камни. Не покупай мне бриллиант размером с дверной молоток. Просто небольшой камушек.
– Какого цвета?
Я улыбнулась, убрав светлые пряди волос с его глаз.
Глава 12
Везёт же некоторым сиротам!Я проснулась, радуясь, что в этот момент оказалась в человеческом обличье.
Я лежала в постели Ника, завернувшись в его одеяла. Чувствовала его запах на всём своём теле, словно каталась по Нику всю ночь. Я улыбнулась и потянулась на кровати, лёжа в уютном гнёздышке из подушек. Не думаю, что когда-либо чувствовала себя более комфортно.
Я приподнялась на локтях, слушая, как Ник ходит по дому. Но сквозь дверь спальни ощутила странное напряжение, исходящее из гостиной. Набросив на себя одну из его футболок, я тихонько пошла в направлении звука его голоса.
– Ты точно знаешь, почему нет! – Ник был одет в твидовый пиджак поверх рубашки с галстуком и ходил туда-сюда с прижатым к уху сотовым телефоном. Он заметил меня и застыл, когда человек на другом конце линии, казалось, начал распускать нюни. Ник смущённо покачал головой, а затем прокричал: – Мне всё равно! Мне всё равно, если для тебя это кончится «выселением», что, как мы оба знаем, означает «дилер вытрясет из меня всю душу». Я не должен тебе ни единой чёртовой монеты! Если уж мы начинаем разговор о долгах, то давай вспомним о деньгах, которые отец посылал тебе снова и снова, чтобы помочь «вернуться домой», что, казалось, никогда не побуждало тебя засунуть свою задницу в автобус. Или как насчёт того дерьма, которое ты вытащила из моей квартиры, когда просто «вынуждена» была неделю спать на моём диване? Поверь, я в двойном размере вернул тебе то, что ты потратила на моё несчастное детство. – Благодаря своему сверхчувствительному слуху я услышала, как контральто звонившего перешло от бесполезных рыданий к злобному потоку проклятий. – Знаешь, что? Валяй, звони в прессу. Расскажи свою чёртову поддельную слезливую историю кому угодно, кто будет её слушать. Мне плевать. Чёрт, да людям, вероятно, будет жаль меня. У игры появятся тысячи новых подписчиков.
Ник закрыл телефон и заорал, швырнув его через всю комнату. Мобильник отскочил от бычьего черепа и с грохотом приземлился на столешницу.
– Да, ты прав, плохой телефон, – произнесла я, подняв бровь. – Взгляни на него, лежит там, весь такой высокомерный. Телефон точно получил по заслугам.
Ник резко схватил меня и завладел моим ртом с таким неистовством, что у меня перехватило дыхание.
– Твоя семья, – сказал он, его руки дрожали на