Искусство обольщения обнаженного оборотня стр. 41
плохими. Я чувствовала вину за то, что причинила ему вред, но не просто небольшие угрызения совести, а сильные болевые спазмы – и зачем я сделала это?
Я эмоционально взрослела. Фу.
«Что ж, пирог. Сосредоточусь на пироге». Он потратил время, чтобы заказать мне пирог, пока сам лежал попой на бубликообразной подушке. А то, что он послал мне что-то съестное, было странно трогательным. Процесс ухаживания в этой части страны редко включал в себя духи и цветочки. Ник приложил усилия и наделил подарок определённым смыслом. Из-за чего и стали происходить странные вещи с моей способностью связно мыслить. Но к тому времени, как я въехала на подъездную дорожку к дому Ника, я смогла придумать лишь: «Спасибо за пирог».Блестяще, я знаю. Я подумывала сделать карьеру в написании речей, если провалюсь в качестве предводителя оборотней.
Заставив себя выйти из машины, я оглядела бывший дом Сьюзи. Сьюзи Кью раньше трудилась начальницей почты города и стала первой жертвой в странной цепочке нападений Эли. Мне бы хотелось думать, что по неудачному стечению обстоятельств Эли просто наткнулся на неё, когда она вывела свою смешную маленькую таксу, Оскара, на улицу пописать. Поскольку вряд ли он выслеживал безвредную, хотя и эксцентричную, уже немолодую фанатку музыки кантри.
Можно сказать, что Сьюзи смотрела на мир через цветные очки Долли Партон . Платиновая блондинка, больше одарённая размером сисек, чем умом, Сьюзи носила ковбойские рубашки и джинсы с рисунками. Но когда дело дошло до открытия почтового отделения, она с головой ушла в дела, за исключением того, что за компанию держала там Оскара.
Мо забрала пёсика к себе, когда Сьюзи переехала к дочери, чтобы восстановиться от ран.
Потом дочь Сьюзи заявила, что у неё астма и аллергия, и такса осталась у Мо. Как правило, оборотни не держат собак. Из-за проблем в пищевой конкуренции. Однако Купер счёл это миссией милосердия. Сьюзи обожала свитерки для собачек…
Внутри дома
раздался звук включающегося телевизора, прервав мои воспоминания, и я подняла руку, чтобы постучать. Но потеряла самообладание, повернулась и приготовилась броситься к грузовику.
Я уже сделала шаг, когда услышала, как за спиной открылась дверь. Чёрт, чёрт, чёрт!
– Мэгги?
Ник выглядел мило в помятых трениках и футболке с символикой Трибхуванского университета. Его волосы торчали в разные стороны, и он слегка прихрамывал, но всё было не так уж и плохо.
– Привет, – нерешительно произнесла я. – Просто хотела поблагодарить тебя за пирог. Это было очень заботливо. И я не получала твоих звонков. Несколько дней назад оставила телефон в грузовике, и аккумулятор разрядился. Я очень редко пользуюсь им, и не знаю, почему мама дала тебе именно этот номер. Что ж… ээ… пока.
– Постой, – произнёс он и, поморщившись от боли, сделал шаг навстречу. – Ну, если бы я позвонил раньше, то мог бы и застать тебя, прежде чем села батарея. На самом деле, я бродил по долине, пытаясь набраться смелости поговорить с тобой, когда всё это произошло.
– Почему ты так долго ждал? – спросила я, стараясь умерить требовательные интонации.
– Держался за остатки своей мужской гордости?
– И это говорит мужчина со специальной подушкой для сидения в руке.
– Пустяки, царапина, – произнёс он, пропуская меня в