Испанский капкан стр. 104
книги при нем не было. Это была слишком ценная вещь, чтобы вот так запросто разгуливать с ней по дикому пляжу. Но Гуров был уверен, что инкунабула все-таки присутствует – лежит себе в непромокаемом кейсе на заднем сиденье машины, ждет своего часа. Эвелина Шрайбер не станет тянуть с продажей – в сложившейся ситуации антикварная ценность из далекой России представляет для нее реальную опасность. Обнаружь ее полиция – и сеньоре Эвелине придется давать ответы на очень неприятные вопросы.
Нет, сеньора Шрайбер постарается как можно скорее избавиться от книги. Если ей это удастся, то можно будет даже не слишком беспокоиться о двух настырных русских, которые суют нос в чужие дела и мутят воду. На самом деле у них нет улик, и ничего они не смогут сделать. Они здесь чужие, к тому же сами неоднократно нарушили закон, и самое мягкое, что их ожидает, – это высылка из страны. Примерно так должна рассуждать Эвелина Шрайбер, и от книги, которая являлась не только товаром, но и уликой, она будет избавляться обязательно. Но полного успокоения ей все равно не удастся добиться – Гуров и Крячко будут для нее чем-то вроде занозы в башмаке. Она до конца все равно не сможет поверить, что они не располагают никакими уликами. Она с удовольствием бы избавилась и от них. Что должны делать они сами в такой момент, Гуров не очень хорошо представлял. Пока он размышлял на эту тему теоретически, все вроде бы шло гладко, и он понимал, как связать концы с концами, но, когда пришла пора действовать, Гуров осознал, что на самом деле он находится в тупике. Такую операцию следовало планировать заранее, обмозговывая каждую деталь, привлекая к делу множество служб. Импровизация здесь совершенно не годилась. Но времени на подготовку не было ни у Гурова, ни у Петлюгина, ни у начальника полиции, если даже Дичков что-то и сообщил ему. Получалась сплошная импровизация. А
тут еще и Крячко подлил масла в огонь.
– Ну и что будем делать, Лева? – добродушно спросил он, выглядывая из-за камней. – Народу-то набежало! А нас с тобой раз-два и обчелся! Да Петлюгин, подводник хренов! Заблудится он под водой, голову на отсечение даю! Дай бог, чтобы вообще мимо острова не проплыл!
– Шуточки тебе! – буркнул Гуров. – Еще спрашивает: что делать? А я у тебя хотел спросить, что делать. Вариантов немного. Или здесь в укрытии сидеть, или прямо туда, к хозяйке идти.
– Пристукнут, Лева! – вздохнул Крячко. – Без разговоров пристукнут. Вокруг ночь, море, пусто – тут и не захочешь, а пристукнешь, потому что обстановка располагает!
– Ладно, кончай трепаться! – сказал Гуров. – Тебе-то какой вариант нравится? Здесь сидеть – ничего не высидишь. Они книгу в два счета толкнут и разойдутся. Ищи потом ветра в поле! Господин Беккер вообще недоступен, да и к сеньоре Эвелине какие претензии? Встречаться на морском берегу не запрещено законом.
– Значит, вперед! – без раздумий сказал Крячко. – Или голова в кустах, или грудь в крестах. Наш принцип.
– В кустах – это годится, – покачал головой Гуров. – И Петру в Москве туго будет – не приведи господи. И вообще никому от этого пользы не будет. А уж про то, как мы сами будем глупо выглядеть, я не