Библиотека

Испытание для команды стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

как это важно – чтобы история была не просто сохранена, но и привлекала внимание, рождала интерес!

Марк поймал взгляд Гордея. Тот смотрел на него – без враждебности, без оценки. Просто смотрел как на человека, с которым можно иметь дело.

От похвалы они оба улыбнулись. Почти одновременно. Совсем чуть-чуть.

Когда последняя группа закончила работу, Татьяна Викторовна собрала всех в главном зале.

Мальчишки входили по одному, усталые, чуть взлохмаченные, с красными от усердия лицами. Кто-то отряхивал рукава от пыли, оттирал пальцы от клея, кто-то разминал затёкшую шею.

– Проходите, проходите, – Татьяна Викторовна стояла у большого макета, и голос её звучал торжественно. – Осталось ещё одно дело. Самое важное.

Все переглянулись: на самом деле уже хотелось отдохнуть от дел.

– Сегодня, – сказала Татьяна Викторовна, – младший набор нашей Академии будет закладывать капсулу времени. Знаете, что это такое?

– Это когда закапывают послание, – обстоятельно объяснил Мирон. – Чтобы потомки нашли.

– Верно! Через много лет, когда вы станете взрослыми, когда кто-то из вас, возможно, станет знаменитым футболистом, а кто-то – тренером или просто хорошим человеком, эту капсулу откроют. И те, кто будет учиться после вас, увидят, о чём вы думали, что чувствовали, во что верили.

Она сделала паузу. В зале стало очень тихо. Даже глазеющий по сторонам Петро замер.

– Капсула будет спрятана в стене музея. Это металлический цилиндр, очень прочный. Туда положат ваши послания.

Она подошла к столу, на котором аккуратной стопкой лежали листы плотной бумаги и цветные карандаши – новенькие, остро заточенные.

– Возьмите каждый по листу и карандашу. И напишите то, что хотите сказать тем, кто будет жить через двадцать, тридцать, пятьдесят лет. Что вам кажется самым важным? О чём вы хотите, чтобы помнили?

Мальчишки зашевелились, потянулись к столу. Марк взял лист – он был приятно тяжёлым, чуть шершавым на ощупь. Карандаш лёг в ладонь прохладным грифелем.

Он отошёл и пристроил лист на подоконнике. Рядом сопел Петро, уже строчивший что-то с невероятной скоростью. Ян уселся прямо на пол, поджав ноги, и задумался, грызя кончик карандаша. Артём писал, низко склонившись, прикрывая лист ладонью, как будто кто-то мог подсмотреть.

Остальные тоже разбрелись по залу и устроились кто-где.

Марк посмотрел на Гордея. Тот стоял у витрины с футболками, спиной к остальным. Лист его лежал на стекле витрины, но Гордей не писал. Он рисовал.

Марк видел только край листа, но этого было достаточно. Тонкие, уверенные линии ложились на бумагу – не торопливо, не суетливо, а как-то очень спокойно, уверенно. Рука Гордея точно знала, куда вести карандаш.

«Художник, – подумал Марк. – Точно художник. И мама в галерее ни при чём». И вдруг стало любопытно – что он рисует? Свой портрет? Поле? Мяч? Фантастического футболиста с летающим мячом, который будет жить через пятьдесят лет?

Гордей, словно почувствовав взгляд, чуть повернул голову. Марк тут же отвернулся к своему листу.

Бумага была чистой и белой, как тот самый утренний туман. И мысли тоже были как туман – вроде бы есть, а поймать не можешь.

Марк думал о том, кто будет читать это через много лет. Мальчишка, такой же, как он сейчас, или даже девчонка. Что им сказать? Что футбол – это интересно? Они и так это знают. Что надо

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.