Библиотека

Испытание зверя стр. 167

Размер шрифта
-
+
Тема

убийство. Однако телевидение и газеты ограничились лишь ироническими замечаниями по поводу возможности избрания гангстера в высший орган государственной власти. А бывший премьер-министр Такэо Фукуда меланхолично заметил: «Что ж, это неплохо, если в нашем кругу появится человек с иным цветом волос».

Камода не сумел осчастливить Японию своим присутствием в парламенте. Полиция помешала. Камода выскользнул из полицейской облавы на тайные картежные притоны и скрылся. Находиться в списке для всеяпонского розыска и одновременно баллотироваться в парламент — до этого свобода Японии еще не доросла.

На похоронах «крестного отца» японской мафии Кадзуо Таоки присутствовало немало высокопоставленных деятелей правящей в Японии Либерально-демократической партии. Если бы Сэйити Моримура решил ввести в роман сцену гангстерских похорон или гангстерской свадьбы, он наверняка описал бы, как Иссэй Ооба преклонил колени перед прахом якудза или щедро одарил новобрачных. Удивительного здесь ничего нет. Когда по обвинению в убийстве полиция прибыла арестовать босса одной из банд, входивших в преступный синдикат Кадзуо Таоки, то в кабинете гангстера детективы увидели на стене фотографию в рамке: убийца чокается бокалом с бывшим премьер-министром Масаёси Охирой. Заметив удивление полицейских, якудза гордо пояснил: «Мы связаны общими убеждениями и общими принципами».

Описанные в романе тесные контакты полиции и якудза тоже имеют аналогии в реальной жизни. Начальник полиции города Химэдзи за выдачу гангстерам разрешения на открытие бара взял кольцо с бриллиантом стоимостью свыше миллиона иен и скульптуру тигра, оцененную впоследствии специалистами в несколько сот тысяч иен, — полицейский слыл большим любителем искусства. Осакский окружной суд приговорил к трем годам тюрьмы полицейского офицера, который служил у гангстерских банд постоянным осведомителем. Они выплатили ему более 13 миллионов иен.

В жанре политического детектива много и плодотворно работают в Японии, помимо Сэйити Моримуры, чью книгу вы прочли, также Сэйтё Мацумото, Кюдзо Кобаяси, Эйсукэ Накадзоно — я перечислил только тех, кого читатель знает по изданным на русском языке произведениям. И роман «Испытание зверя», вероятно, не выделился

бы из длинного ряда книг, в которых острый динамичный сюжет используется для разоблачения пороков японского капиталистического общества, если бы не неожиданная сюжетная линия, придавшая роману Моримуры особую политическую злободневность. Не стану пересказывать, что это за линия — вы уже знакомы с романом. Отмечу лишь: писатель еще раз подчеркнул давно разъясненную, но людьми так и не усвоенную мысль о том, что зло порождает зло.

Моримура ввел в роман образ эльвинии, бактерии-возбудителя «мягкой гнили», которая, проникая в человеческий мозг, разрушает его. Образ этот понадобился Моримуре, чтобы афористично и удивительно зримо показать, как эльвиния человеконенавистничества, размножившаяся в милитаристской питательной среде, поражает сознание человека и превращает его, незаметно и постепенно, в зверя, уничтожающего людей, всех подряд, кто бы они ни были. На том, когда, как и кто занялся в Японии культивированием идеологической бактерии «мягкой гнили» и стал внедрять ее в сознания японцев, я хочу остановиться.

«Мы проиграли. Но это только временно. Ошибка Японии состояла в недостатке материальной силы, научных знаний и вооружения. Эту ошибку мы исправим». Такие слова зачитал диктор японского радио 15 августа 1945 год вслед за императорским рескриптом о капитуляции. В тексте, прочитанном диктором, не упоминался моральный дух. Значит, не было, по мнению сочинителей текста, у народа недостатка в убежденности, что японцам

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.