Испытательный срок стр. 83
- Идите быстрее!
У Егорова стынут уши и по спине пробегает холодок. Ведь все-таки сейчас не июль и не август.
- Ты не подгоняй нас, Илья Муромец, - огрызается Воробейчик. Подумаешь, какое геройство сделал! Своих же сотрудников подловил и ведешь, угрожаешь шпалером. Ты бандитов бы ловил, если ты такой храбрый. А своих сотрудников любой дурак может подвести...
У Егорова и руки стынут. Запястья прямо заледенели. Он потирает руки, стараясь их согреть.
А Воробейчик опять говорит, пробуя разные психологические, что ли, подходы:
- И сотрудники у нас тоже разные бывают. Одни с бандитами сражаются в открытую, жизнь свою не щадят, а другие перед начальством выслуживаются, как, например, ты, Егоров. Приведешь сейчас нас в управление и сразу выслужишься. Тебя зачислят на должность как комсомольца, а нас выгонят к такой-то матери. Тем более что я в данную минуту выпивши. Меня, конечно, выгонят. У меня до этого было два замечания. А ты займешь мою должность...
Егоров уже согрел руки. Теперь он греет ладонями уши. Он не все слышит, что говорит Воробейчик, да он и не старается его слушать. А Воробейчик говорит и говорит:
- Все-таки, Егоров, ты плохой товарищ. Никудышный товарищ. Сволочь! С тобой пошутили сотрудники, старшие твои товарищи, а ты вдруг обозлился, как цепной кобель. Товарищи так не поступают. Мало ли какая может быть шутка! Мы же все-таки в одном учреждении служим. И тем более мы сейчас выпивши, в состоянии, как говорится, аффекта. Это даже на суде учитывается. А ты, как сволочь...
Эти слова неожиданно трогают Егорова.
- Да брось ты причитать! - кричит он, останавливаясь. - Хочешь, я сейчас отдам тебе твою пушку, и вались ты к черту...
- Давай, - ошеломленный этим решением, протягивает руку Воробейчик.
Егоров осторожно вынимает из кармана пистолет и протягивает его Воробейчику.
- А вы видите... вы видите, как вы мне френч изорвали? - показывает Егоров. -
Это тоже, считается, шутки?
- Да я тебе его сам зашью, - предлагает Усякин. - Приходи ко мне хоть сегодня домой, и моя жинка тебе зашьет...
- Да не надо мне, - отказывается Егоров. - Мне и дома зашьют. Но вы все-таки, я считаю, гады. Так люди не делают, как вы со мной.
Усякин останавливается под фонарем и показывает свое лицо.
- А фотокарточку ты мне вон как исказил! Это не считается?
- Сами виноваты, - отворачивается Егоров. - Пьянчужки...
- Будешь звонить про это, как мы с тобой хотели пошутить? - спрашивает его Воробейчик.
- Для чего это я буду звонить?
- Не будешь? Дай честное слово...
- Да для чего я буду честное слово давать? - опять греет уши ладонями Егоров. - Я говорю, что не буду звонить, значит, не буду. Для чего это мне надо звонить?
- Ну, тогда держи пять, - протягивает ему непокалеченную руку Воробейчик. - А я сейчас пойду прямо в больницу, в приемный покой. Пусть поглядят, что у меня в руке. Может, правда, перелом? Сильно ноет. Просто терпения никакого нет...
Егоров возвращается в казино. Он теперь почти рад, что все так в общем хорошо закончилось.
Действительно, это было бы глупо, если б он