Библиотека

История жизни Черного Ястреба, рассказанная им самим стр. 52

Размер шрифта
-
+
Тема

берегу появился отряд белых, который шел впереди армии. Невзирая на мольбы о пощаде, белые начали убивать всех подряд. Вскоре появились войска. Видя, как гибнут беззащитные дети и женщины, наши воины схватились за оружие, готовые сражаться насмерть. Женщины бросились в воду, посадив на спину детей. Но немногим из них удалось добраться до берега: большинство утонуло или было застрелено.

Один из моих воинов, прячась за сваленными в кучу седлами, сумел подстрелить трех бледнолицых. Но видя, что враг подходит все ближе, ползком добрался до реки и, никем не замеченный, укрылся под крутым берегом. Когда неприятель ушел, он отправился ко мне и поведал обо всем, что произошло. Получив столь печальное известие, я решился идти со своим маленьким отрядом в деревню виннебагов в Прери-ла-Кросс. Там я вошел в вигвам одного из вождей и попросил его пойти со мной к его отцу, чтобы я мог сдаться американскому военачальнику и принять смерть, если так будет угодно Великому Духу. Он согласился идти со мной. Тогда я взял свой амулет и попросил вождя отдать его американскому военачальнику, сказав, что это великая святыня племени саков, с достоинством пронесенная через все сражения, и для меня она дороже жизни. Вождь обещал сохранить амулет и вернуть его мне, если я останусь в живых.

За то время, что я провел в деревне виннебагов, скво сшили мне белую одежду из оленьей шкуры. С несколькими виннебагами я отправился к их агенту в Прери-дю-Шейен, чтобы покориться своей участи.

Там я с прискорбием узнал, что те женщины и дети, которым удалось благополучно переправиться через Миссисипи, стали жертвами резни, учиненной над ними сиу, нашими заклятыми врагами. На такую жестокость способны только подлые трусы и белые не должны были допускать, чтобы это произошло.

Резня продолжалась около двух часов. Мы потеряли шестьдесят человек, помимо тех, что утонули. Сколько было убито врагов, мои воины не знали, но предполагали, что не менее шестнадцати.

Белый Бобер уже ушел вниз по реке, и агент передал меня в руки командира форта Кроуфорд. Мы оставались там недолго, а затем под присмотром молодого военачальника (лейтенант Джефферсон Дэйвис) были отправлены пароходом в Джефферсоновские казармы. Он был очень добр к нам и я вспоминаю о нем с благодарностью. По пути мы ненадолго зашли в Галену. Вокруг парохода столпились люди, но молодой офицер не пустил к нам никого. Наверное, он почувствовал, сколь невыносимо нам будет видеть потешающихся зевак.

Рок-Айленд мы прошли, не останавливаясь. Командир форта Армстронг, желая посмотреть на нас, подошел к пароходу на ялике, но капитан не разрешил ему подняться на борт, так как в форте свирепствовала холера. Думаю, капитан мог спокойно пропустить командира форта на пароход — нам не грозила никакая опасность. Командир выглядел вполне здоровым. Как я узнал позже, он постоянно находился среди больных и умирающих солдат, оказывая им помощь, но так и не заразился. Глупо было опасаться подхватить болезнь от здорового человека. Но люди на пароходе, видимо, не обладали бесстрашием военных вождей, которые ничего не боятся.

Наш путь проходил по той самой земле, на которой мы испытали столько горя и тревог, пролили столько крови и за которую я заплатил собственной свободой. Я не мог не думать о

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.