Итальянский темперамент стр. 69
выходил из себя из-за того, что другие мужчины просто смотрят на нее. Сначала Эдди Шульц, потом Саймон… а теперь его ближайший друг, который имел глупость подразнить спящего льва.
Но тогда почему он сам заигрывал с этой Рафаэлей д'Арджента? Она не видела в этом никакого смысла. Зачем он вел себя так, будто хотел нарваться на скандал? По какой-то одному ему понятной причине он позволил Рафаэле завладеть собой и не обращал на Маршу никакого внимания.
На плотно сжатых губах Марши появилась робкая улыбка. Ну что ж, интуиция подсказывает ей, что больше он не позволит другой женщине так откровенно флиртовать с ним. Он будет слишком занят тем, чтобы следить за женой, которую считает неотразимо привлекательной для всех других мужчин, будет бороться за нее.
Подъехав к вилле, он выволок Маршу из машины, вломился в парадную дверь, до смерти напугав горничную, поливающую в холле цветы, поднялся по лестнице и ударом ноги открыл дверь ее спальни.
Там он бросил Маршу на кровать и взглянул на нее обжигающим взглядом черных глаз, в которых светилось откровенное желание. Им не надо было говорить, они понимали друг друга без слов, и в наступившей напряженной тишине Марша почувствовала внезапный прилив постыдного животного тяготения к этому мужчине.
Винченцо судорожно вздохнул.
— Никогда больше не смей этого делать, — предупредил он срывающимся голосом.
Учитывая его настроение, предупреждение прозвучало до удивительного мягко. Неверной рукой Винченцо пригладил волосы. Неожиданно зазвонил телефон. По-прежнему с сумрачным выражением лица он отошел от кровати. Марша молча смотрела на него. Пока он говорил, лицо его изменилось и он неискренне засмеялся.
— Чао, Марко.
Винченцо бросил трубку.
Марша села на кровати. Все ее тело пылало.
— Око за око, — загадочно процедил Винченцо сквозь стиснутые зубы.
— Ч-что ты сказал?
— Десять дней тому назад ты порекомендовала мне найти себе другую женщину. — Марша побледнела. — И я решил последовать твоему совету. Посмотреть на твою реакцию…
Только теперь она припомнила
все те глупости, которые бездумно наговорила тогда ему. Не пытался ли сегодня Винченцо заставить ее ревновать?
— И тебе это не понравилось, совсем не понравилось, — по-прежнему сквозь зубы процедил он. — Пока Марко не надумал разворошить муравейник…
— А почему бы и нет? Ведь Рафаэла его сестра!
— Он прекрасно знает, что я ее даже пальцем не трону. Она много лет вешается мне на шею! Это просто игра…
— Игра? — повторила Марша, не в силах представить себе эту великолепную, откровенно чувственную брюнетку в качестве партнера по безобидному флирту.
— А что еще могло у меня с ней быть? С соплячкой, которая ведет себя, как «роковая» женщина из старых фильмов?
— Соплячка? — недоверчиво спросила Марша. — Разве Рафаэла так молода?
— Она, конечно, снялась уже в паре-тройке фильмов и сделала себе кое-какое имя, но ей всего-то девятнадцать…
Девятнадцать… Марша просто онемела от удивления.
— Но ты же знал, что я понятия не имею о том, сколько ей лет! Ты привел меня туда намеренно! А поскольку ты решил, что я предоставлю тебе полную свободу развлекаться с другими женщинами, ты начал серьезно подумывать об этом, Винченцо Моничелли! Теперь я уже жалею, что сама не швырнула эту самовлюбленную дурочку в бассейн!
— Сомневаюсь, что у тебя это получилось бы. Рафаэла на голову выше тебя и