Иван Грозный и Девлет-Гирей стр. 103
чем просто принуждения Девлет-Гирея к отказу на время от набегов на Русскую землю.
§ 2. Продолжение противостояния: 1557 и 1558 гг.Следующий, 1557 год, выдался хлопотным. Мира с татарами не было, потому продолжилось дальнейшее укрепление южной границы. В дополнение к городам, поставленным на границе в 1-й половине 1550-х гг. (Волхов, Михайлов и Шацк) возводятся новые — Ряжск («Ватман-город на Пехлице») и городок, которому предстояло сыграть важную роль в последующих событиях, — Псельский город, располагавшийся примерно в 240 верстах к югу от Путивля на Пеле. Одновременно продолжилась подготовка к новой экспедиции против хана. В январе к ногаям было отправлено большое посольство, перед которым была поставлена задача добиться принесения Исмаилом и его мурзами шертной грамоты Ивану и заключения союза, острием направленного против Крыма. В частности, в наказе послам говорилось, что Исмаил и его мурз должны знать — «государя нашего дорога найдена х Крыму Днепром, и та дорога добре добра. Возможно ею государю нашему всякое свое дело над Крымом делати, как хочет», и что теперь дело только за взаимной договоренностью о походе против Девлет-Гирея {128} .
Весной в Поле были выдвинуты передовые полки — в среднем течении реки Сосна, «усть Ливен», встали 2 воеводы с Дедилова и Мценска, в ее низовьях, «на Поле усть Ельца», расположились 2 воеводы с Пронска и Михайлова. Наконец, еще 2 воевод, из Карачева и Волхова, вышли на старое Курское городище. Получается, что передовой рубеж развертывания русских войск оказался отодвинут к югу от «берега», на котором по традиции снова, как и в предыдущие годы, встали полки поместной конницы со стрельцами, на 200—250 верст, чего еще никогда дотоле не бывало. В Поле снова были посланы казачьи станицы с наказом «проведывати» про намерения татар. Наконец, на Хортице в своем городке сидел князь Вишневецкий. Значение его пребывания в непосредственной близости от ханских владений прекрасно осознавалось и в Москве, и в Крыму — как писал Вишневецкий Ивану, «…докуды в том городе люди будут царьскым именем, и крымцом на войну ходить никуда нелзя». Потому-то в начале 1557 г. хан «с сыном и со всеми людми крымскыми» 24 дня штурмовал Хортицкий городок, но был отбит «и пошел царь от него (Вишневецкого. — П.В.) с великим соромом» {129} .
2 июля 1557 г. в Москву прискакал гонец от князя Вишневецкого, сообщивший, что хан «вышел ис Крыму со многими людьми прибыльными». В Москве немедленно приняли контрмеры — полки, выдвинувшиеся далеко в глубь Поля, были отозваны назад, к Михайлову, Мценску и Туле, на берег для усиления стоявших там полков были отправлены «царь» Симеон Касаевич, царевич Кайбула и двоюродный брат Ивана старицкий князь Владимир Андреевич со своими людьми. Готовился выступить в поход и сам Иван — после того, как станет совершенно ясно, что Девлет-Гирей действительно намерен совершить набег на государеву «украйну» {130} .
Однако на этот раз обошлось — все случилось в точности, как и писал Вишневецкий: пока он и его козаки сидели на Хортице, Девлет-Гирей не рискнул надолго и далеко покидать свои владения. Вместо этого хан осенью пришел под Хортицу и вынудил Вишневецкого, испытывавшего проблемы со снабжением (из-за чего многие его люди поразбежались), покинуть городок. В ноябре князь