Из бездны к звездам стр. 31
из-за меня, я знаю об этом. Я… так устал чувствовать себя домашним растением. Мне запрещали выходить из дома, учиться, общаться с незнакомыми людьми. Словно Жамин боялся, что, если я умру, жертва нашей мамы и его жертва будут напрасны. Каждый день я чувствовал себя должным и бесполезным, каждый день думал о том, что, возможно, все были бы намного счастливее, если бы я не рождался.
Оанн несколько раз открывал рот, но все равно не смог продолжить. Нуска ободряюще похлопал его по плечу – лучше не прерывать человека, когда он изливает душу, а внимательно выслушать.
Через несколько минут Оанн заговорил снова. И вспомнил свою первую встречу с Нуской. Именно тогда он впервые почувствовал себя полноценным человеком. Нуска открыто насмехался над ним, просил раздобыть информацию или прикрыть свое очередное воровство… Оанн впервые почувствовал, что в нем кто-то нуждается.
– Я глубоко привязался к вам, господин Нуска… Я… – Он уронил голову, а затем уткнулся тому в плечо, чтобы невнятно пробормотать: – Если бы я родился снова, я бы отыскал вас и снова стал вам служить. А если бы вы погибли, то я тоже бы умер.
Нуска сглотнул ком в горле и опустил взгляд в пол. Отчего-то в его глазах стояли слезы: он был растроган проявлением столь глубоких чувств. Лекарю всегда казалось, что на подобную преданность способны лишь великие и чистые сердцем люди. Не выдержав напряжения, он все же подал голос:
– Я… когда-то слышал, что полукровки сильнее привязываются к людям. Что они склонны к фанатизму по отношению к одному-единственному человеку, потому что из-за противоречивости натуры им нужен кто-то, кто будет их дополнять и направлять. Я ведь… тоже полукровка.
Оанн понимающе кивнул. Они оба знали, о какого рода привязанности и к кому говорит Нуска.
Безраздельная преданность одному-единственному человеку. Для кого-то это было пределом мечтаний, но для них – проклятьем.
– А что вы будете делать, если Син умрет? – спросил Оанн. Его голова все еще лежала у Нуски на плече.
– Я переверну небосвод и бездну, но верну его к жизни, – с грустной улыбкой ответил Нуска, а затем решил сменить тему: – Расскажи, как ты учился в обители.
– Мне особо нечего рассказать… В отличие от вас, я не был хорош, не был плох. Вы всегда занимаете либо первое, либо последнее место, выделяетесь. Не могу представить ситуацию, в которой вы бы остались в тени… – Оанн вдруг мягко улыбнулся и ненадолго замолчал, словно о чем-то задумавшись. Затем он продолжил: – После того, что произошло на вашем экзамене, эрд вплотную занялся школами и обителями. Все старейшины были заменены, как и учителя. Теперь старейшины ведут устные занятия и дают советы молодым сурии, а специально обученные учителя занимаются боевой подготовкой и наставляют в управлении дэ. Экзамен представляет собой устную, письменную части. Боевое испытание осталось, но скорее как дань прошлому – не так много учеников получают на нем высшие баллы. Все и правда… стало лучше. Эрд действительно заботится о Скидане.
Когда речь снова зашла о Сине, Нуска кое-что припомнил из предыдущей части рассказа Оанна и уточнил:
– Как много ты знаешь о Галане Герье?
– Ни я, ни Жамин не знали его. Но наша мать сказала, что именно он помог ей в первый раз сбежать из Арценты.