Библиотека

Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию стр. 61

Размер шрифта
-
+
Тема

удивило утреннее появление царя у него без всякого предупреждения. Еще больше он был поражен, когда царь начал с силой лупить его своей тростью. Это входило в привычку великого человека; десятью минутами позже он уже не гневался на того, кого избивал. После административной трепки он объяснил ее причину, привел фавориту доказательства ее справедливости и объявил, что, считая нужным остаться на некоторое время в Ливонии, займет отдельный дом, чтобы его не стеснять. Но обещал обедать у него два раза в неделю. Слово свое он держал. И, действительно, являлся два-три раза, не поминая о прекрасной рабыне. Но однажды, наконец, сказал:

― Кстати, а где Екатерина?

― Екатерина? ― пробормотал Меншиков.

― Да, я ее больше не вижу. Ты, случаем, не ревнивец?

― Все, что здесь есть, принадлежит моему господину и благодетелю.

― Вот и хорошо, желаю снова взглянуть на эту девочку; пусть ее позовут.

Позвали Екатерину, которая вошла, вся зардевшаяся и смущенная. В свою очередь, Меншиков краснел и бледнел, не как господин, одалживающий своего раба, но как влюбленный, у которого отнимают его госпожу.

Царь заметил ее смущение и его беспокойство, отпустил Екатерине несколько любовных шуток. Но, усматривая в ответах молодой рабыни больше уважения, чем симпатии, сделался задумчив, отнял от нее руку, замолчал на несколько минут и поразил тем, что до конца ужина не сказал ей больше ни слова. После ужина подали ликеры.

Рабыней, которой поручили позаботиться об этом, была Екатерина; она приблизилась к царю с множеством рюмок на подносе. Когда она остановилась перед Петром, он посмотрел на нее долгим взглядом, забыв, казалось бы, зачем она подошла. Потом, наконец, голосом нежней нежного:

― Екатерина, ― сказал он, ― кажется, между нами больше нет тех, таких добрых отношений, какие сложились в мой первый приезд.

Екатерина опустила глаза, и поднос в ее руках дрогнул так, что рюмки на нем зазвенели, соударяясь между собой.

― Но я вполне уверен, ― добавил он, ― что мы заключим мир этой же ночью.

Затем, резко повернувшись:

― Меншиков, ― сказал он, ― ты знаешь, что я забираю ее с собой?

Сказано ― сделано; он поднялся, взял свою шляпу, надел ее на голову, предложил Екатерине взять его под руку и в самом деле повел ее в дом, где расположился. Назавтра и напослезавтра он видел Меншикова, но ни словом не обмолвился, что отошлет ему Екатерину; только на третий день, обсудив с ним множество государственных дел, сказал ему, вдруг, без лишних слов:

― Слушай, я оставляю Екатерину, она мне нравится; нужно, чтобы ты уступил ее мне.

Меншиков не в силах был ничего ответить, настолько сжалось его сердце; он сумел только отвесить низкий поклон, и когда отступал к выходу:

― Кстати, ― сказал ему царь, ― ты должен вспомнить, что бедная девочка почти нага, и ты ей пришлешь, надеюсь, кое-что из одежды. Хочу, чтобы она была nipper ― одета соответствующим образом; ты слышишь, Меншиков?

Слово, что мы выделяем, он произнес по-французски, чтобы придать ему большую значимость.

Меншиков знал своего господина и разумел, какого тот ждет исполнения. Он собрал все, что мог, из женской одежды, подходящей размером для Екатерины, присоединил к нарядам ларец с восхитительными диамантами и все это послал фаворитке с двумя рабами, которые поступали в ее распоряжение на то время, на какое она пожелает оставить их у себя. Когда рабы принесли эти вещи, Екатерина находилась в спальне царя; она их увидела только тогда, когда пришла в свою. В высшей степени изумления при виде у себя нежданных даров, вернулась к царю и с шаловливой ― ее женский скипетр ― и игривой ― ее женская корона ― улыбкой:

― Я бывала довольно часто и подолгу в ваших апартаментах, и вы могли бы заглянуть в мои, ― сказала она царю, ― пойдемте, покажу вам кое-что интересное!

Царь пошел с нею. Как и Меншиков, сначала господин, он начал обращаться в раба. В своей спальне она показала на кипу нарядов, только что присланных Меншиковым. И добавила посерьезневшим тоном:

― То, что я вижу, говорит мне, что я останусь здесь столько времени, сколько будет угодно вашему величеству; а коли так, нужно, чтобы ваше величество знал о богатствах, которые я ему приношу.

И, смеясь, она стала разбирать и раскладывать наряды на кровати и по стульям. Обнаружила ларец, завернутый в последнее платье.

― О! ― вырвалось у нее. ― Наверняка ошиблись, это не мне.

Но после этих слов, подталкиваемая любопытством, она открыла

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.