Избранная лирика стр. 57
на всех навел.
Все, все, что ловит жадный взор:
И строй стволов, и вязь ветвей,
И донный мрак, и лунный блик, —
Все ей являет Джонни лик,
Повсюду Джонни мнится ей.
Вот шаткий мост через ручей —
И новой мукой мысль полна:
Он слез с коня, вступил в затон —
Достать луну тянулся он, —
А в этом месте глубь без дна.
Вот на холме она; застыв,
Глазами обегает дол.
Но среди рощ, средь ивняка —
Ни Джонни, ни его конька,
Весь лунный дол и пуст и гол.
"Отцы святые! Может, он,
Увлекшись чем, залез в дупло,
Задохся там? Забрел, блажной,
К цыганам, и его с собой
Бродяжье племя увело?
Иль этот пони, карла злой,
Его к кикиморам завел?
Иль в тот он замок нежилой
Попал, где вьется духов рой,
Погибель там свою нашел?"
Увы, в сердцах она упрек
Шлет и бедняжке Сьюзен Гей:
Не захворай она не в срок,
Он был бы с ней, ее сынок,
Утехой до скончанья дней.
Сама от горя не своя,
Она и доктора корит.
Потом конька настал черед —
Хоть нравом так уж кроток тот,
Что мухе зла не причинит.
Вот домик докторский; она
Бежит к дверям его в слезах.
А за спиною город лег,
Он так широк, в нем сто дорог —
И тишь, как в небесах.
Стучится в докторскую дверь,
Стучит, зовет и так и сяк.
Тот высунулся из окна,
Моргает, щурится со сна
И поправляет свой колпак.
"Где Джонни, доктор, мой сынок?" —
"Ты что шумишь в столь поздний час?" —
"Простите, сэр. Я Бетти Фой.
Пропал сыночек бедный мой,
Его видали вы не раз.
Он… слабоват чуток умом".
А тот сердито ей в ответ:
"Да что мне до его ума?
В своем ли ты уме сама?"
Хлоп ставней — и его уж нет.
"Ох, горе мне! Хоть помирай! —
Запричитала Бетти Фой. —
Где мне его теперь искать?
Несчастней есть ли в мире мать?
Пропал, пропал сыночек мой!"
Мутится ум — куда теперь,
В тот темный дол? Безжизнен он
И пуст, куда ни посмотри.
И бой часов — пробило три! —
Звучит, как похоронный звон.
И вот — назад, в обратный путь.
И диво ль, что в беде своей,
Тоскою смертной сражена,
Забыла доктора она
Послать к бедняжке Сьюзен Гей?
Вот снова поднялась на холм.
Лишь дали мглистые кругом.
Куда теперь? Да и невмочь
Уже бежать ей. Что за ночь!
И ни одной души кругом.
Не слышен в чуткой тишине
Ни конский шаг, ни глас людской.
Лишь можно слышать — но не ей! —
Как меж полей бежит ручей,
Как травы всходят над землей.
Перекликаясь в синей мгле,
Все стонут, ухают