Избранница горца стр. 328
Эобил, королева Туата де Данаан, и ее разноцветные глаза замерцали.
Столкновение событий, настолько невероятных, что кажутся божественным вмешательством.
Уголки ее губ приподнялись в слабой улыбке. Она расслабила мышцы лица. Королева так много времени провела в человеческом облике, что начала перенимать даже выражения их лиц.
Люди всегда приписывали действия Фейри своим богам. В некоторой степени они были правы, ведь для того, чтобы держать в руках столько нитей и менять саму ткань реальности, нужно обладать божественной силой.
Вот они, перед ней.
Ее игроки, ее фигурки на доске. Больше, чем пешки, меньше, чем короли.
Катастрофа, происшедшая в семнадцатом веке, не случилась, поскольку она изменила события, чтобы запечатать подземную библиотеку Келтаров. В двадцатом веке, по той же причине, не состоялась другая. И еще две, но уже по иным причинам.
— J'adoube, — прошептала она. — Я касаюсь. Я изменяю.
Уже семь раз Эобил предотвращала исчезновение самых чистых и самых сильных линий друидов.
И собрала пятерых именно там, где они были ей нужны. Где они могли помочь ей.
Спасти ее.
Здесь был Дэйгис, обладающий куда большими знаниями, чем положено друиду: знания Драгаров, тринадцати древних, хранились в его памяти. Эти воспоминания, которые она оставила в нем, и заставляли его совершать поступки, которых Дэйгис не осознавал. Но отмечали Драстен и его жена.
Затем Кейон, мощь которого была больше, чем положено друиду: генетический сбой, неожиданная мутация, случающаяся единожды за всю родословную. Вещи, которые могли бы совершить вместе Кейон и Дэйгис, приди им такое в голову, беспокоили даже ее.
Затем Драстен: по сравнению с его опасно одаренными родственниками он обладал посредственной силой, но кое в чем превосходил их. Дэйгис и Кейон могли пойти по любому пути, как доброму, так и злому. Драстен МакКелтар относился к тому уникальному типу людей, имена которых вечно жили в легендах, — он был воином с таким чистым сердцем, что оно не принимало тьмы. Он мог умереть за
свои убеждения, и не раз, а тысячу, столько, сколько потребуется.
Что же до остальных, скоро она их увидит.
Внизу, под ней, в зале замка Келтар, люди разговаривали, не подозревая о ее присутствии. Блаженно не подозревая, что менее чем через пять лет их мир превратится в хаос, стены между реальностями людей и Фейри рухнут, и Невидимые будут править ледяной жестокой рукой. Тени снова будут питаться, Охотники преследовать непокорных и вершить смертные приговоры в ответ на малейшее нарушение, а Принцы Невидимых снова будут пытаться удовлетворить свой ненасытный аппетит со смертными женщинами, жестоко насилуя их и оставляя пустые оболочки.
А она?
Ах, вот в этом-то и была проблема.
Взгляд Эобил переместился во внутренний мир.
Ее раса могла свободно путешествовать в прошлом, но будущее было для них недоступно. Если кто-то пытался проникнуть дальше своего настоящего существования, он оказывался в белом тумане, не более того. Если заходил слишком далеко в прошлое, его окутывал тот же туман. Даже Туата де Данаан не понимали времени. Они лишь знали, как работать с простейшими его структурами.
Эобил бесчисленное количество раз возвращалась в прошлое и осторожно меняла события, стараясь затрагивать их как можно меньше. Скрытая ото всех, даже от собственного двора, она временно лишилась трона ради своей цели. Миры были хрупкими,