Измена. Я (не) твоя стр. 7
пусти ты его! — требую, желая послушать что еще за бред он там придумал.
Руслан раздраженно закатывает глаза, но позволяет брату сказать.
— Мы ведь хотим детей, зай? — выдавливает Сава, когда Рус слегка ослабляет хватку.
Я даже руки на груди складываю, готовясь к очередной очумительной истории:
— Допустим, — киваю, скептически поджимая губы.
— Ну так ты же сама предлагала чужого ребенка растить, — приипоминает он. — А мне мать не разрешит совсем чужого. Ты же ее знаешь. Вот я и придумал вариант, который устроит всех нас. Римма родит от меня, для тебя. И ты будешь растить! — он это с таким пылом выдает, будто не только что придумал и искренне верит, что это действительно должно его оправдать.
— Ха! — выдыхаю я сквозь боль. — Значит этот вариант всех устроит, говоришь? И шлюху твою, — киваю на притихшую в углу девку, явно очумевшую от «приветливого» вторжения Руслана. — И тебя устроит, мой дорогой. Может даже брата твоего. И мать вашу! А что насчет меня?! А?
— А что насчет тебя? — искренне удивляется урод. — Ты живешь как у Христа за пазухой. Я тебя считай из грязи в князь вывел. Одел, обул. Еще и ребенка сам добыл. Че тебе еще надо?
Я просто в шоке от такой наглости. Неужели он всегда таким был? Тогда почему я идиотка считала его адекватным?
— И правда, — поражено выдавливаю я, — чего мне еще надо?
— Васек, ну можно я ему еще разок вьебу, а? — даже Руслан не выдерживает непроходимой наглости своего брата.
— На здоровье, — слова даются с болью.
Разворачиваюсь и выхожу из чертового туалета.
В еще большем шоке, чем была до этого. Но зато куда более просветленная.
Если бы сразу ушла, не узнала бы, что мой муж не просто изменщик, а еще и конченный мудак.
Охренеть.
Как я могла быть настолько слепой.
Однако до спасительной входной двери я дойти так и не успеваю. Меня окликает голос:
— Василиса, твою мать!
Глава 3. Василиса
— Долго вас еще ждать?! — сокрушается у меня за спиной мать предателя. — Гости в сборе, вся еда остывает! Совесть есть? В чем дело, Василиса?
— А вы спросите у своего сукиного сына, — даже не оборачиваясь выдавливаю я и хочу было выйти из дома. Но мне в спину летит:
— А ну стоять! — рявкает свекровь. — Это ты с кем так разговариваешь?!
Поворачиваюсь:
— Так с вами же, мама, — сухо цежу я. — Разве вы не расслышали? Могу повторить.
— Мерзавка… — выдыхает она поражено, ни разу за все время нашего знакомства не слышавшая от меня ни слова плохого в свой адрес, — ты что себе позволяешь?! — вопит свекровушка.
— Это что вы все себе позволяете? — отвечаю зло. — Решили, раз я сирота без родная, то об меня можно ноги вытирать?! Хамить! Изменять! Обвинять меня во всех смертных грехах?! Нет уж! — рявкаю. — Так и знайте! Я здоровая, между прочим. По всем показателям и анализам. А вот сынок ваш даже не удосужился в баночку спустить, чтобы его