Измена. Тайный сын от бывшего стр. 28
сколько лечений пройти, чтобы долгожданная беременность наконец наступила – не счесть.
– Сейчас, – Морозов радушно улыбается во все тридцать два и передаёт мне крохотный кулёчек со спящим малышом, моим мальчиком. – Только максимально аккуратно. Я могу придержать, если тяжело.
– Спасибо, не нужно, – аккуратно едва заметно прижимаю к себе малыша.
Затем немного разворачиваю пелёнку и смотрю на личико моего сыночка.
Пробегаю глазами и невольно нахожу знакомые черты лица. Носик, ротик – ну точно моя уменьшенная копия. Но и от папы сыночку досталось немало: овал лица выдаёт Морозовскую породу.
– Такой хорошенький. Сильно похож на свою маму, – произносит Алексей, наблюдавший со мной со стороны.
– Да, – отвечаю одними лишь губами едва разборчиво.
В следующее мгновение малыш начинает ворочаться у меня на руках и, открыв глазки, смотрит на меня внимательным изучающим взглядом.
Улыбка расцветает на моём лице.
– Моя радость, – произношу сквозь слёзы радости и аккуратно поглаживаю сыночка по голове.
Зевнув и немного поворочавшись в моих руках, малыш продолжил беззаботно сопеть.
– Уже решила, как назовёшь сына? – шёпотом спрашивает Морозов.
Решила и решила уже давно.
Своему сыночку я дам имя своего отца – Виктор.
– Да, – утвердительно киваю и добавляю шепотом: – Виктор. В честь папы.
– Выходит, Виктор Алексеевич. Звучит хорошо, – смотрит на меня и улыбается хитрой улыбкой.
Резко на душе становится так тяжело. Ко мне неожиданно пришло осознание, что мой сын будет расти без отца…
– Нет, – с болью прикусываю щёку и нагло вру: – Виктор Викторович Афанасьев. Я решила дать сыну отчество моего отца и мою девичью фамилию.
– Хорошо, – на выдохе произносит он и отводит взгляд, полный тоски, в сторону.
Честно признаться, за месяцы разлуки Алексей успел немного измениться: на его висках проступила редкая седина, под глазами налились мешки, а взгляд стал более тяжёлым и задумчивым.
А вот по телосложению Морозов, напротив, стал немного крепче. Наверное, Маринка его хорошо кормила, раз он сумел набрать столько мышечной массы за такой короткий промежуток времени.
Стук в дверь заставляет вздрогнуть и выпорхнуть из своих мыслей.
В следующее мгновение дверь распахивается, и через порог перешагивает та самая неприятная медсестра, нахамившая мне вчера.
– Алексей Александрович, – дефилирует через всю палату и кокетливо пожимает губу, и при этом совершенно не смотрит в мою сторону, – вы обещали недолго. Малыша пора возвращать в отделение.
– Да, сейчас уже будем собираться, – переводит взгляд с девушки на меня. – Катюш, время.
Глубоко вздыхаю.
Минуты встречи пролетели незаметно, быстро, словно один миг… До боли в сердце хочу прикоснуться к своему сыночку, прижать его к себе, поцеловать… Но нельзя, не сегодня…
– Катюш?
– Да… – перебарывая боль протягиваю малыша медсестре.
Девушка, молча кивнув, уносит моего мальчика.
– Мы сходим к нему вечером, – Морозов накрывает мою руку своей ладонью.
– Спасибо, – произношу одними лишь губами.
После встречи с сыном внутри меня будто бы всё моментально изменилось. Мне даже кажется, что Михаил перестал быть настолько опротивевшим мне. Ведь он организовал мне встречу с сыном. И действовал не в угоду своих интересов, а в первую очередь думал о моих чувствах…
Я безумно благодарна ему.
Повисшее между нами молчание разрывает громкий скрип дверных петель.
В следующее мгновение через порог палаты с огромным букетом роз в руках перешагивает Владимир Иванович Новиков.
– Вова? – от неожиданности